Одним из самых резонансных сюжетов весны в РПЛ стала результативность 21-летнего нападающего «Химок» Ильи Садыгова: он забил по голу в ворота ЦСКА и «Крылья Советов» (ЦСКА – с нескольких метров в пустые ворота, «Крыльям» – с центра поля после нелепой ошибки вратаря Ивана Ломаева), и те победы помогли подмосковному клубу в борьбе за выживание. Перед зимней паузой «Химки» шли на последнем месте с двумя победами в 18 матчах и считались основным претендентом на вылет. Весной команда преобразилась и теперь вполне может избежать даже стыковых матчей.

Илья Садыгов совсем не игрок основы – всего 129 минут в 9 матчах и лишь два матча в старте. Но медиа следили за ним и до бомбардирских успехов. Ведь он сын человека, которого называют главным инвестором (по другой версии – спонсором) клуба Туфана Садыгова. 

«Меня не злит то, что пишут про меня, я это не читаю. Говорить можно что угодно, но мы выходим на поле и доказываем. Есть тренер, есть руководство, я просто футболист, не хочу заострять внимание на том, у кого и какой статус», – говорил Садыгов-младший, когда его спросили про отношение к упрекам в игре по блату.

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Но если о футбольных качествах Ильи Садыгова уже можно составить какое-то базовое представление, то фигура его отца остается загадочной. Частные инвесторы, которые тратят собственные деньги на футбол в России, – история по-прежнему экзотическая. Главным образом потому, что фактически не существует вариантов эти деньги вернуть, а тем более – заработать. Так кто такой Туфан Садыгов?

Если Сергей Галицкий с некоторых пор редко общается с медиа, то Туфан Садыгов вообще не дает никаких интервью. Все доступные фото и комментарии из пары предложений появились после совещаний с руководителями регионов, где компании Садыгова ведут бизнес и куда были допущены местные журналисты. О причастности бизнесмена к футболу мы знаем исключительно со слов других людей.   

Первые упоминания о Садыгове применительно к футболу появились перед началом сезона-2019/20, когда для участия в ПФЛ (прежнее название ФНЛ-2) заявилась команда «Олимп» из Химок.

Вот как описывал будущего соперника по дивизиону «Ленинградец» на своем официальном сайте. «Олимп» – один из немногих частных клубов на необъятных просторах ПФЛ. Его владелец – Туфан Садыгов – имеет богатый послужной бизнес-список. Комплектовался «Олимп» в авральном порядке. Заявка команды на официальном сайте ПФЛ появилась лишь за два(!) дня до старта турнира. Агенты бомбили предложениями, используя даже социальные сети. В итоге собрали достаточно опытную команду, средний возраст – 25,6 года». Главным тренером «Олимпа» стал Ринат Билялетдинов, ранее работавший с «Рубином».

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Тот сезон в ПФЛ не доиграли из-за пандемии. «Олимп» провел 16 матчей из 26 запланированных и занял 6-е место из 14. Дальше  он объединился с другим подмосковным клубом – «Долгопрудным», выступавшим в той же зоне ПФЛ. Объединенный клуб попытался сразу попасть в ФНЛ – там как раз образовалось свободное место из-за расширения лиги до 22 команд. Но исполком РФС отдал предпочтение «Алании», а «Олимп-Долгопрудный» остался в ПФЛ.

В сезоне-2020/21 сайт «Матч ТВ» несколько раз упоминал Туфана Садыгова в качестве «основного акционера» «Олимп-Долгопрудного» – в частности, именно его решением объяснялось увольнение Билялетдинова и назначение Александра Точилина.

При этом на официальном сайте «Олимп-Долгопрудного» нет никаких упоминаний о Туфане Садыгове – ни в разделе «клубное руководство», ни в новостях, ни на странице, посвященной истории клуба. Если, конечно, не считать протоколы матчей, в которых отметился Илья Садыгов, перешедший в объединенную команду из «Олимпа». 20-летний игрок был даже капитаном команды, несмотря на наличие таких опытных игроков, как Ренат Сабитов, Александр Алхазов, Никита Баженов, Артур Саркисов, Андрей Горбанец и Владимир Гранат.

Не числился Туфан Садыгов и среди учредителей юридического лица«Олимп-Долгопрудного». Единственным владельцем ФК с лета 2020 года значился Виктор Воробель – экс-глава Долгопрудненского управления капитального строительства, связанной с городскими властями строительной компании. Президентом клуба стал его сын – 35-летний Тарас Воробель, поигравший во второй лиге за смоленский «Кристалл» и луховицкий «Спартак», а после завершения спортивной карьеры работавший ведущим спортивных новостей на городском телеканале Долгопрудного.

В интервью Воробель-младший избегал упоминания Садыгова. Так, по его словам, объединить клубы придумал Владимир Габулов, председатель совета директоров «Олимпа». Решающим фактором в пользу слияния стали новые деньги. Правда, об их источнике Воробель ничего не сказал. «Мы дали клубу, помимо нового имени, новый источник финансирования, который позволяет уже сейчас нам выходить на более высокий уровень организации инфраструктуры», – рассказывал Воробель.

И лишь однажды Садыгов-старший засветился в соцсетях клуба из Долгопрудного. 13 августа 2020 года на клубной странице в ВК было опубликовано поздравление с днем рождения. Впрочем, опять без указания статуса: «Футбольный клуб «Олимп-Долгопрудный» поздравляет с днем рождения Садыгова Туфана Аллахверди оглы! Желаем вам успехов в работе, семейного счастья и процветания! Рады, что вы – часть нашей большой футбольной семьи». Болельщики «Олимпа-Долгопрудного» в комментариях под постом отреагировали предсказуемо: «А кто это вообще такой?»

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Перед началом сезона-2021/22 Туфан Садыгов в очередной раз поменял футбольную прописку. 16 июня 2021-го футбольный агент Антон Смирнов в телеграм-канале «Честность – не порок» сообщил о финансовых проблемах «Олимпа-Долгопрудного»: от команды отказался «один из основных спонсоров» Туфан Садыгов, который решил финансировать «Химки». Официального подтверждения этой информации не последовало, однако неделю спустя «Химки» подписали из Долгопрудного Илью Садыгова.  

К тому времени вокруг «Химок» уже год происходили непонятные вещи, связанные с поиском частного инвестора и нового пути развития. 

Путевку в РПЛ «Химки» получили в статусе муниципального клуба с бюджетом 350 миллионов рублей. Было очевидно, что с таким бюджетом выступление в высшем дивизионе не вытянуть. Генеральный директор «Химок» Василий Иванов официально заявил: если до 1 июня 2020-го клуб не найдет инвестора с деньгами под РПЛ, то откажется от повышения и продолжит выступать в ФНЛ.  

В этот момент основным спикером по будущему «Химок» стал министр спорта Московской области Роман Терюшков, экс-руководитель центрального штаба молодежного движения «Молодая гвардия Единой России». В июне он сообщил, что переговоры с потенциальным инвестором находятся в продвинутой стадии, а «Химки» сменят юрлицо и станут частным клубом. Инвестором, о котором говорил Терюшков, был Сергей Ломакин – серийный бизнесмен, известный благодаря проектам в ритейле: сетям «Копейка», «Монетка», «ЦентрОбувь», FixPrice.

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Однако к концу июня этот вариант отпал: писали, что Ломакин настаивал на полном контроле над «Химками» и переименовании клуба в «Родину», а подмосковные чиновники хотели сохранить в клубе свое присутствие хоть в каком-то виде. Затем возник вариант со «Спартаком» – по версии журналиста Василия Конова, клубы обсуждали вариант, при котором «Химки» получат поддержку от «Спартака», в том числе приоритетную аренду спартаковских игроков без игрового времени.

Терюшков информацию по варианту со «Спартаком» не подтверждал, однако главный тренер «Химок» Сергей Юран, уволенный в межсезонье, утверждал, что его убрали по прямому указанию гендиректора «Спартака» Шамиля Газизова. «Это указание пришло от «Спартака». Именно от Шамиля Газизова, – цитировал Юрана «Спорт-Экспресс». – Так и напишите. Да, я общался с министром спорта Московской области [Романом Терюшковым]. Он мне сказал, что моя кандидатура не согласована со «Спартаком». Поэтому меня и убирают».  

Сотрудничество со «Спартаком», как и вариант с Ломакиным, так и осталось нереализованным планом, однако «Химки» все же заявились в РПЛ. В сентябре всплыла фамилия бизнесмена Александра Удодова. Среди тех, кто анонсировал приход Удодова в «Химки», – известные спортивные журналисты Сергей Егоров («Футбольный Биги») и Константин Алексеев (шеф отдела футбола «Спорт-Экспресса»).

Удодов был известен на рынке главным образом как девелопер. Его флагманскими проектами были два торговых центра на Большой Якиманке в Москве – «Гименей» и «Якиманка 26», арендаторами которых были магазины люксовых товаров. Другим крупным бизнесом Удодова является выращивание шампиньонов: компания «Грибная радуга», по ее собственным данным, производит четверть шампиньонов, продающихся в России.

Среди хобби Удодова был хоккей – он даже играл в любительской команде «Спортима», где его партнером был нынешний премьер-министр России Михаил Мишустин. С Мишустиным Удодова связывали и родственные отношения: до 2020 года он был женат на родной сестре премьера Наталье Стениной.

Впрочем, Роман Терюшков достаточно оперативно опроверг сообщения о переговорах с Удодовым, с таким же заявлением выступил и сам бизнесмен. В «Химках» он так и не появился, а в апреле 2022 года стал владельцем «Фонбета», крупнейшей букмекерской компании России. Первое кадровое назначение Удодова в «Фонбете»: генеральным директором стал Сергей Анохин, член исполкома РФС. Правда, уже спустя две недели Удодов избавился от букмекерского бизнеса. По данным The Bell, он перепродал «Фонбет» бизнесмену Александру Карманову, поставщику труб для «Газпрома» и спонсору борцовского клуба «Явара-Нева» Аркадия Ротенберга.

25 сентября 2020 года – как раз в то время, когда вовсю муссировались слухи о возможном приходе Удодова, Анохин стал гендиректором «Химок».  Спустя полгода в интервью «Спорт-Экспрессу» он рассказал, что привел в клуб другого спонсора, и даже назвал его.

«У нас основной спонсор и учредитель – это компания «Хотьковский автомост», она располагается в Московской области. Градообразующее предприятие, которое строит автодороги, мосты, с большим оборотом, гарантии достаточно серьезные. Мы имеем учредителя, который может на миллиард [рублей] подтвердить гарантии на сезон», – рассказывал Анохин в мае 2021 года. По его словам, бюджет на сезоне-2021/22 был запланирован на уровне 1 миллиарда рублей, из которых 20-30% – бюджетное финансирование, а остальное платит частный инвестор.

Слова Анохина подтверждают и данные из ЕГРЮЛ. В ноябре 2020 года юрлицом клуба стала Автономная некоммерческая организация «Футбольный клуб «Химки». Ее учредителями выступили «Хотьковский автомост», компания «Моснерудстрой» (зарегистрирована за три месяца до этого, занимается оптовой торговлей стройматериалами) и компания «Спортцентр».

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Сергей Анохин

Последняя, по данным из реестров юрлиц, принадлежит давнему партнеру Сергея Анохина Игорю Шихзадаеву. В 2009 году они стали учредителями некоммерческого партерства ФК «Строгино», который с 2013-го выступает в ФНЛ-2 и является структурой Москомспорта. Долгие годы Анохин был президентом этого клуба. 

Судя по документам в открытом доступе, «Спортцентр» зарабатывал на сдаче в аренду объектов спорткомплекса «Янтарь» в Строгино. В частности, на портале Госзакупок есть данные о контрактах с Управлением профессиональной подготовки ФСО России, которое проводило на «Янтаре» мини-футбольные турниры, и префектурой Северо-Западного округа Москвы, арендовавшей спортивные объекты, в том числе большое поле с искусственным покрытием и легкоатлетические дорожки «для оказания спортивно-оздоровительных услуг инвалидам округа».

Таким образом, де-юре на какое-то время «Химки» оказались полностью частным клубом. 

Правда, уже в феврале 2021 года химкинская администрация восстановила контроль над клубом: в состав учредителей вошла принадлежащая городу школа олимпийского резерва по футболу. Одновременно с ней зашла еще одна частная компания – ООО «Каскад». Судя по документам, «Каскад» не ведет никакой деятельности (совокупная выручка за три последних отчетных года – 150 тысяч рублей). Зато единственным владельцем «Каскада» является некая Ольга Данилова. Ей же принадлежит и «Моснерудстрой» – другой учредитель «Химок».

Согласно документам, Туфан Садыгов не имеет прямого отношения ни к одной из компаний-совладельцев «Химок». Однако фактически именно он стоит за тремя из пяти юрлиц. Ольга Данилова – доверенное лицо Садыгова, на которую записываются компании, реальным владельцем которых называют Садыгова. Например, ей принадлежат две компании с одинаковым названием «Улан-Удэстальмост» – это крупное строительное предприятие в Бурятии. И хотя Садыгов формально не имеет к ним никакого отношения, именно с ним в августе 2018 года провел встречу глава Бурятии Алексей Цыденов. Встреча активно освещалась региональными медиа, которые называли Садыгова собственником предприятия. Большинство доступных фотографий Садыгова, которые можно найти в интернете, – как раз с этого совещания.

Собственники «Хотьковского автомоста» не указаны в публичных реестрах. Но, по информации с официального сайта компании, председателем совета директоров предприятия является Мехман Исмаилов, ранее занимавший аналогичную должность в компании «Волгомост», принадлежавшей Садыгову.

Туфан Садыгов находится в тени практически во всех активах, которыми, по данным разных медиа, владеет. И это неслучайно – на то есть объективные причины.

Впервые в публичном поле Туфан Садыгов появился в августе 2014 года, когда журналисты «Ведомостей» сообщили о смене владельца в компании «Волгомост». Это огромный строительный трест, основанный еще в 1961 году, когда советское министерство транспорта объединило в одну компанию несколько крупных мостостроительных организаций, базирующихся в Саратове, Уральске, Орске, Самаре, Оренбурге и Астрахани.

К моменту покупки Садыговым в «Волгомосте» работали 5 тысяч человек, а в портфеле заказов находился 21 объект инфраструктурного строительства суммарной стоимостью более 85 миллиардов рублей. До Садыгова предполагалось, что «Волгомостом» владели структуры Аркадия Ротенберга. Такое предположение основывалось на том, что строительство мостов и дорожных развязок в то время было одним из ключевых направлений бизнеса Ротенберга – с 2010 года он контролировал компанию «Мостотрест», крупнейшую в стране на этом рынке. К тому же «Волгомост», после того как его владельцем в 2011 году стали пять кипрских офшоров, которые связывали с Ротенбергом, начал получать многомиллиардные госзаказы.

Сам Аркадий Ротенберг связь с «Волгомостом» отрицал, однако через пару лет после публикации данных так называемого «Панамского досье» – крупнейшего в истории слива баз бенефициаров офшорных фирм, – стало известно, что владельцем всех пяти кипрских компаний значился Андрей Бугаев, топ-менеджер компаний, принадлежавших семье Ротенбергов.

Про Туфана Садыгова «Ведомости» в 2014-м выяснили, что «он работал в сфере ЖКХ, владел компаниями, получавшими подряды на уборку снега и ремонт дорог в двух округах Москвы – Северном и Северо-Восточном, а также имел гостиничный бизнес в Турции».  

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Звучит не слишком впечатляюще, однако надо помнить, что власти Москвы в XXI веке тратили огромные средства на дорожные работы и контракты в сфере ЖКХ. Например, связанная с Садыговым компания «Союздорстрой» в период с 2011 по 2013 год получила госконтрактов (главным образом по нанесению дорожной разметки) на 1,8 миллиарда рублей, а оборот «Дмитровского автодора», где Садыгов возглавлял совет директоров, в 2013 году составил 2,4 млрд рублей.

Авторы многих расследований о сфере дорожного хозяйства и ЖКХ Москвы указывали, что многие подрядчики, получавшие выгодные контракты от столичного правительства, были связаны родственными отношениями с чиновниками.

В случае с Садыговым таким контактом, по мнению ряда медиа, мог быть первый заместитель префекта Северного административного округа (где он и получал большинство контрактов) в 2007-2012 года Фазиль Измайлов. Он был не просто высокопоставленным чиновником мэрии – по данным «Коммерсанта» и «Известий», он старший брат хозяина Черкизовского рынка и одного из наиболее влиятельных бизнесменов лужковской Москвы Тельмана Исмаилова.

О бизнес-связи Туфана Садыгова с семьей Тельмана Исмаилова свидетельствуют и документы. Например, в 2010-х представители семей Исмаиловых и Садыговых, а также экс-гендиректор «Волгомоста» Игорь Вашунин владели торговым комплексом «Строймаркет-1» рядом с платформой Лианозово – конфликт вокруг этого небольшого ТЦ перерос в уголовное дело из-за которого Исмаилову пришлось скрыться из страны.

В следующий раз Туфан Садыгов оказался в центре внимания федеральных медиа в марте 2016 года. Президент Владимир Путин во время поездки в Крым поинтересовался у вице-премьера Сергея Козака, в чем причина задержки начала строительства автодороги Керчь – Симферополь. Козак ответил, что виноват проектировщик, контракт с которым планируется разорвать.

«Этот недобросовестный проектировщик сколько денег схомячил?» – поинтересовался Путин. Козак ответил, что 280 миллионов рублей. Этот разговор попал в сюжеты выпусков новостей центральных телеканалов. Имя недобросовестного проектировщика не прозвучало, но журналистам деловых изданий – «Коммерсанта», РБК – не составило труда вычислить, о ком шла речь. Проектировщиком, сорвавшим сроки, была малоизвестная компания «Гипротрансмост-Крым». В правительстве Крыма корреспондентам объяснили, что это дочерняя структура «Волгомоста» Туфана Садыгова.

Спустя несколько дней после реплики Путина «Гипротрансмост-Крым» обнародовал свои объяснения причин задержки: правительство Крыма не предоставило компании исходную документацию, которую необходимо учитывать в расчетах, а аванс по контракту, который якобы «схомячен», она так и не получила. Однако выгодные контракты с правительством Крыма на общую сумму в 3,6 миллиарда рублей были расторгнуты. А спустя еще два года «Гипротрансмост-Крым» тихо и незаметно обанкротился.

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Банкротства сопровождают практически все компании, которые, как считается, связаны с Туфаном Садыговым. Компании помельче (как, например, подрядчик московского правительства «Союздорстрой») ликвидируются, большие переходят под внешнее управление в интересах кредиторов.

«Волгомост» находится в процедуре банкротства с осени 2016 года. В 2020 году «Интерфакс» писал, что общая сумма претензий кредиторов (без пеней и штрафов) составляет 41,1 миллиарда рублей. Среди крупнейших кредиторов – Сбер, ВТБ и ликвидированный в 2021 году «Роскосмосбанк», в котором хранила средства госкорпорация «Роскосмос». При этом «Волгомост» продолжает бороться за получение крупных госконтрактов на строительство мостов и развязок в надежде рассчитаться с долгами. Пока получается не очень: единственный большой контракт (на 6,2 миллиарда рублей) «Волгомост» получил в 2020 году – на строительство транспортной развязки федеральной трассы «Урал» в районе Тольятти. Выручка компании с каждым годом снижается: в 2021-м она составила 326 миллионов рублей, а в 2014-м, когда пришел Садыгов, «Волгомост» закончил год с показателем 16 миллиардов.     

Почему же обанкротился «Волгомост»? В 2020 году в рамках судебных слушаний дела о банкротстве свою версию представили налоговики, проведшие собственное расследование. По их версии (ФНС также в списке кредиторов компании – по неуплаченным налогам), в основе схемы «Волгомоста» лежало искусственное разделение бизнеса на две части: сам «Волгомост» использовался как «центр убытков», генерирующий безнадежные долги, в том числе по налогам и страховым взносам, тогда как прибыли (в том числе деньги по госконтрактам) переводились на субподрядчика. А оттуда доход и денежные потоки выводились в адрес бенефициаров «Волгомоста» – через технические займы и обналичивание, писал РБК со ссылкой на судебные документы.

По данным ФНС на 2020 год, основным владельцем «Волгомоста» с долей 54% была группа компаний «Русминерал», единственным учредителем которой являлась Ольга Данилова. Та самая, которой де-юре принадлежит футбольный клуб «Химки».

Крах «Волгомоста» вызвал эффект домино, спровоцировав банкротства большого числа связанных с ним компаний. Конечной точкой этого процесса стало начало процедуры личного банкротства Туфана Садыгова в мае 2018 года. Выяснилось удивительное: хотя де-юре Садыгов вроде бы не имел отношения к большинству компаний, задействованных в процессе банкротства, он лично выступал поручителем по большому числу невозвратных кредитов, которые набирали не только эти компании, но и их топ-менеджеры. Первым о требованиях к Садыгову заявил ВТБ, дальше требования от кредиторов пошли лавиной.

На сегодня суд согласился включить в реестр кредиторов требования к Садыгову на 14,9 миллиарда рублей из 18,2, заявленных изначально (без учета пеней и штрафов). Но формирование реестра кредиторов еще не завершено.

Долги Садыгова можно разделить на несколько категорий. 

Есть личные долги перед частными лицами – например, в список кредиторов включен некий Александр Сафонов, который в суде доказал, что в марте 2014 года дал в долг Садыгову 3,5 миллиона долларов. 

Есть претензии ФНС по Клинскому району Московской области, где прописан Туфан Садыгов, о выплате налоговой задолженности на 624 миллиона рублей. 

Но главные кредиторы – банки. Самый крупный размер требований у ВТБ – 6,094 миллиарда рублей основного долга и 2,35 млрд штрафов и неустоек за просрочку. Часть этой суммы – кредиты ВТБ, выданные главным образом «Волгомосту» в 2013-2015 годах и не возвращенные банку. Как следует из текста кредитных договоров, Туфан Садыгов выступал поручителем по этим кредитам, и теперь банк требует деньги с него. 

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Другая часть денег, которые требуют банки, образовалась при заключении госконтрактов фирмами Садыгова. Схема здесь такая: подрядчик выигрывает тендер и получает деньги от госкомпании – например, на строительство моста. К госконтракту прилагается банковская гарантия, по которой банк обещает вернуть деньги, если подрядчик не выполнит контракт. Контракт не исполняется, банк платит по гарантии. А уже банку эту сумму возмещает тот, кто подписал договор поручительства при выдаче этой гарантии. В нашем случае это опять Туфан Садыгов.

Условия и обстоятельства выдачи некоторых кредитов, по которым теперь выступает должником Туфан Садыгов, по-настоящему удивительны. Например, в сентябре 2015 года экс-гендиректор «Волгомоста» Игорь Вашунин взял кредит в «Центркомбанке» на 400 тысяч долларов под 15% годовых на два года. Поручителем по этому частному кредиту выступал Туфан Садыгов. В итоге банк в 2019 году предъявил ему к возврату: 400 тысяч долларов основного долга, 246 тысяч долларов – проценты по кредиту, пени за просрочку по долгу и процентам – 905 тысяч долларов. В сумме – более 1,5 миллиона долларов.     

«Центркомбанк», выдавший упомянутый кредит, – второй по величине кредитор Садыгова после ВТБ. Требования – 3,84 миллиарда рублей основного долга и 3,67 миллиарда штрафов и процентов. И это весьма примечательный банк.

Вполне вероятно, вы про такой не слышали. У банка было всего лишь три отделения, из них два – в Уфе. В сентябре 2016-го ЦБ отозвал у него лицензию по причине «высокорисковой кредитной политики». В переводе с канцелярского – банк выдавал кредиты без достаточного обеспечения и с низкими шансами вернуть деньги. В интересах вкладчиков в банке была введена временная администрация, а выбиванием долгов занялось государственное Агентство по страхованию вкладов.

По данным «Коммерсанта», «Центркомбанк» был активом семьи депутата Госдумы (с 2018 года) Сергея Веремеенко. Веремеенко – один из самых богатых депутатов. В 2021 году журнал Forbes оценивал его состояние в 420 миллионов долларов. На рынке его знали как многолетнего партнера банкира Сергея Пугачева – ныне эмигранта и резкого критика президента Путина. Веремеенко с Пугачевым были главными акционерами «Межпромбанка» (Веремеенко вышел в 2004 году).Веремеенко и Садыгова определенно связывали личные отношения. В материалах банкротного дела, помимо сведений о кредитах «Центркомбанка», содержится требование Веремеенко к Садыгову о возврате личного долга в размере 940 миллионов рублей. Давал деньги Садыгову и председатель совета директоров «Центркомбанка» Евгений Ванок – он потребовал вернуть 1,358 миллиона долларов.

Впрочем, во время судебного процесса депутат Веремеенко уступил право истребования личного долга компании «Русминерал» все той же владелицы «Химок» Ольги Даниловой.

Вернуть долги кредиторам в полном объеме Садыгову вряд ли удастся. Финансовый управляющий, в задачу которого входит поиск активов для продажи, обнаружил в собственности Туфана Садыгова и его жены 3 малогабаритных квартиры в не самых престижных районах Москвы, земельный участок и дом в Клинском районе Подмосковья. Есть еще солидный автопарк, включающий три «Порше», три «Бентли» и один «Роллс-Ройс». Но их стоимость несопоставима с размером требований кредиторов.   

Инвестором «Химок» называют бизнесмена с делом о личном банкротстве и долгами на 15 млрд. В РПЛ нет ничего невозможного

Очевидный вопрос: каким образом человек, находящийся в процедуре личного банкротства, является инвестором клуба РПЛ? Конечно, в данных официальных учредителей «Химок» Садыгов не упоминается. Но о том, что клубу деньгами помогает именно он, свободно говорят официальные лица.

Например, в апреле 2022 года в интервью «Матч ТВ» новый министр спорта Подмосковья Дмитрий Абаренов, сменивший на этом посту Романа Терюшкова (теперь депутат Госдумы), заявил, что находится на связи с Туфаном Садыговым. «И с Романом [Терюшковым], и с Туфаном Садыговым, инвестором «Химок», общаемся постоянно, у нас хорошие отношения. Но комментировать что-либо, не финансируя клуб, министерству спорта области было бы неправильно. Другое дело, и Туфану я свое мнение излагал: должна быть четкая стратегия существования профессиональной команды. Идеология, если хотите, заточенная под пирамиду футбола, прежде всего подмосковную», – заявил Абаренов.

Терюшков в интервью журналисту Ивану Карпову на вопрос, является ли Туфан Садыгов владельцем «Химок», уклонился от прямого ответа. «У клуба есть ряд спонсоров, это юридические лица, которые и формируют бюджет. Большего сказать не могу», – заявил он.

За разъяснением ситуации – может ли человек в статусе Туфана Садыгова позволить себе потратить за год несколько сотен миллионов рублей на футбольную команду – Sports.ru обратился к юристу Дмитрию Клеточкину, партнеру фирмы «Рустам Курмаев и партнеры».

«Расходы банкрота в месяц устанавливает суд, и ограничения эти существенные. Обычно весьма скромная сумма, около 50 тысяч рублей в месяц, – рассказал юрист. – Кроме того, для лица, находящегося в процедуре реструктуризации долгов, устанавливаются ограничения в части совершения сделок, связанных с участием в капитале акционерных обществ».

По мнению юриста, тот факт, что активы Садыгова еще не нашли, можно назвать недоработкой со стороны финуправляющего и кредиторов должника. «А вот связь с клубом – понятие абстрактное. Надо установить юридический факт владения, – объясняет Клеточкин. – Как говорится в классической поговорке: слова к делу о банкротстве не подошьешь. То есть нужно документально устанавливать факт его владения клубом, чтобы обращать взыскание на данный актив, что в целом вполне возможно».

И, наконец, второй вопрос, на который нет ответа: а зачем все это нужно самому Туфану Садыгову, учитывая все обстоятельства? Вариантов может быть много – от беззаветной любви к футболу до возможных бизнес-проектов в Подмосковье, которые будет легче согласовывать с правительством региона, избавившегося от непрофильных бюджетных трат на профессиональный футбол.

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

5 × три =