Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

После поражения от Хорватии (0:1) и пролета мимо прямого выхода на ЧМ-2022 Валерий Карпин удивляет. Все началось еще на пресс-конференции в Сплите – там тренер признал, что команда не выполнила план на игру:

«Хотя говорили много про психологию, но у многих футболистов не было желания мяч получать. Без мяча обороняться 90 минут невозможно, никаких сил не хватит. Предполагалось, что мы не будем выбивать мяч при выходе из обороны. Понятно, что цепляться за мячи – не самая сильная сторона Федора, но так как мы надеялись, предполагали и тренировали абсолютно другое, выбор Смолова не был ошибкой». 

На следующий день Карпин дал большое интервью Sport24, где детализировал мысль: «Уровень наших игроков точно выше того, что вы увидели в игре с Хорватией. Это показал матч в Мариборе. Но если со Словенией мы не боялись сделать три передачи между двумя центральными защитниками, то вчера Джикия и Дивеев сделали один пас между собой. К чему мы готовились и что мы тренировали перед матчем с Хорватией – ничего этого не выполнили. Поэтому мне надо подумать, готов ли я принять такой футбол, как вчера. Бить вперед и бороться? Если для нас это приемлемо, то тогда это и надо тренировать. Но мы тренировали абсолютно другое».

Карпина логично спросили, готов ли он пожертвовать стилем в сборной: «Нет. Тогда мне будет некомфортно с самим собой. Я все еще хочу верить, что с этим материалом можно играть в футбол».

В вечернем эфире «Коммент.Шоу» Карпин поднял температуру: 

«Проблема одна – она, наверное, уже понятна всем. Проблема – в голове. У нас не было владения больше пяти секунд ни разу. Это точно не из-за мастерства игроков. Я не предполагал, что у футболистов такое количество фобий. В этом и заключается главная проблема моей головы сейчас. Я предполагал, что с этой фобией мы поборолись. Видимо, я ошибался: игра со Словенией меня ввела в заблуждение после безобразной игры со Словакией.

Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

Думаю, возможно ли победить фобии и надо ли это мне. До вчерашнего дня думал, что 4-3-3 – это дееспособный вариант. Игра со Словенией меня в этом убедила. Видимо, это дееспособный вариант до определенного момента.  

Не уверен, смогу ли я психологически подготовить команду к стыковым матчам. Судя по тому, что было в Хорватии. В стыках будет давление такое же или еще больше. Под этим давлением эта сборная может играть в футбол? Или может только дубасить мяч вперед?» 

Пожалуй, Карпин после Хорватии поражает даже сильнее Черчесова в студии «Матч ТВ» или на пресс-конференции после Евро. При Карпине сборная не выдала ни одного цельного полного матча (при Черчесове в 2021-м их тоже не было), а в первом тайме в Хорватии даже не пыталась разыгрывать от ворот (вопросы к Сафонову, Джикии, Дивееву и Кудряшову). Но при этом при Карпине – пять побед в семи матчах и второе место в группе после объективно более качественной команды.

Наверняка большинство российских тренеров признало бы отвратительное качество игры в Хорватии, но рассказало бы о работе над ошибками перед стыками. В которых, возможно, ничего и не поменялось бы.

Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

Большинство – но не Карпин. Судя по его тренерской карьере, такая публичная рефлексия – совсем не игра для улучшения имиджа (да и в этом случае не все поняли откровенность). 

Не секрет, что в начале тренерской карьеры Карпин не понимал, что некоторые игроки даже в «Спартаке» (российском топ-клубе) не могут исполнить технический элемент на его, карпинском, уровне. 

Например, Сергей Песьяков в интервью Глебу Чернявскому рассказывал, что Карпин показывал, как надо, и вратарям: «Встал в ворота, ему отдали пас назад, Веллитон побежал на него. Карпин чуть натянул, Веллитон вплотную приблизился, оставалось только проверять между, а Георгич так и сделал. Просто взял, обвел Веллитона между и начал атаку. После этого повернулся к нам и сказал: «Сложно, что ли?» Конечно, было видно, что он с иронией это, но все же».

Во время эфира «Коммент.Шоу» я спросил у Карпина (спасибо за озвучивание вопроса Денису Казанскому), можно ли провести параллели между той ситуацией и тем, что есть сейчас в сборной: «В какой-то степени – да, но в разных плоскостях. Я уже не говорю про Армавир, например. Там было расхождение моего восприятия, что футболисты могут, с их техническим оснащением. В сборной могут принять и отдать любую передачу, а вот психологически матч с Хорватией показал, что еще нет».

Поработав в «Спартаке», «Мальорке» и Армавире, Карпин сильно изменился – и провел сильнейший период в «Ростове», который разделился на как минимум шесть отрезков. Сначала Карпин даже не пытался играть агрессивно, использовал трех центральных защитников и атаковал за счет забросов на Сигурдарсона, его скидок на Ионова, а также стандартов. «Ростов» не перестроился даже после прихода Еременко, Попова и Норманна – прессингующие 4-3-3 с узким расположением крайних нападающих появились только через полгода после этих трансферов.

Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

«Ростов»-2019/20, вероятно, главная команда Карпина, убедившая его в правильности системы, которую теперь тренер пробует (пробовал?) перенести в сборную. 

До пандемии (после нее сразу был легендарный матч с «Сочи», после чего «Ростов» больше воевал с РПЛ, чем играл) команда Карпина качественно атаковала (4-е место по остроте моментов), интенсивно прессинговала (4-е место), а также выносила всех на спринтах и рывках (1-е место и по их количеству, и по дистанции на них). 

После этого «Ростов» устроил распродажу, но стиль не менялся и после потери почти всех ключевых игроков: из средней линии и атаки, по сути, остались только Норманн, который уже больше лечился, и Байрамян, не всегда попадавший в старт в сезоне-2019/20. Снова 1-е место по спринтам и рывкам, 5-е – по интенсивности прессинга. 

Логично, что после такого периода у Карпина родилась уверенность, что с гораздо более качественным составом в сборной он тоже построит то, что хочет. Очевидно, этого от него ждал и президент РФС Александр Дюков, постоянно подчеркивавший, что «Ростов» играл в современный, интенсивный и агрессивный футбол». 

Это абсолютно нормально. И это еще может сработать на дистанции, особенно в случае выхода на большой турнир и сборов перед ним. Но рассчитывать на то, что Россия резко перестроится уже осенью без длинных сборов, было слишком наивно.

Мы этого и не увидели. 

И это тоже абсолютно нормально.

Но теперь мы получаем новую рефлексию Карпина – уже вторую в сборной и третью в тренерской карьере (это как минимум публичные, скорее всего, их было намного больше).

На первой пресс-конференции в сборной Карпин, естественно, рассуждал о совмещении: «Больше всего волнует психологическая усталость – хватит ли эмоций на «Ростов» и сборную. Вы знаете, что я эмоциональный человек, хватит ли заряда? После долгих раздумий пришел к выводу, что хватит. Тем более в ноябре у сборной уже последний матч в отборе».

Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

Совмещение продлилось два тура – «Ростов» проиграл двум командам из топ-3 этого сезона («Динамо» и «Зениту»). Из клуба Карпин ушел сам. 

На той же стартовой пресс-конференции Карпин рассказывал о менталитете российских игроков: «Хотелось бы, чтобы прибавили в смелости. Бояться никого не надо. Никто в конкретный день меня не сильнее. Это я про футболистов говорю, не про себя, естественно. Выходить на любой матч без боязни, без пиетета. 

Это зависит от менталитета. Главное, чтобы он был таким: мы никого не хуже, но и не лучше. Надо всем опуститься чуть на землю, не говорить, что мы сильнее Словакии, Словении, обязаны их разрывать. Но и не надо говорить, что мы слабее Хорватии или Испании. Опуститься на землю и работать над менталитетом».

На фоне этих летних слов переживания Карпина после Хорватии кажутся совершенно искренними. Такие размышления вообще свойственны ему. И они логичны после всего, что случилось и было сказано за четыре месяца. 

Теперь Карпин встает перед очередным главным выбором в тренерской карьере (ведь на каждом этапе карьеры он свой). 

Продолжать ли со сборной? 

Если да – что делать с психологией игроков? Как найти ответ на этот вопрос за четыре месяца, если и на уровне сборной, и на уровне клубов мы не первый год проваливаем ключевые матчи?

Если да – точно ли не нужно подстраиваться под имеющийся состав и обстоятельства и сознательно отходить от желаемого стиля?

Кажется, веру Карпина в его футбол в сборной убила одна игра. Осмысление удивительной искренности

Если отходить от плана – как обрести внутреннее спокойствие, если сейчас мысль о другой игре приносит дискомфорт?

От ответа на последний вопрос, возможно, зависит будущее тренера Карпина.

От ответов на остальные – будущее сборной России.

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

2 × 4 =