Получи бонус на первый депозит до 2500₽! Жми «Сделать ставку»!

***

Было немногим позже 4 часов утра 18 мая 1992 года, когда в квартире на двадцать четвертом этаже Хэмпшир Хаус, нью-йоркского кооператива с видом на Центральный парк, зазвонил телефон и разбудил самого могущественного медиамагната в мире.

Руперт Мердок неуклюже потянулся к трубке и приложил ее к уху.

Голос рявкнул на него с расстояния 5600 километров, слишком громко для этого утреннего часа. «Нам нужно будет выложить на стол еще £30 млн.»

Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

Мердок позволил информации впитаться в себя.

Густой говор на линии принадлежал Сэму Чисхолму, сварливому руководителю новозеландского происхождения, которого Мердок поставил, чтобы развернуть «Би-Скай-Би», свою молодую британскую сеть платного телевидения. И стол, о котором идет речь, принадлежал владельцам лучших футбольных команд Англии, которые вели переговоры о продаже прав на прямые трансляции своих матчей. Тридцать миллионов — сумма, которую Мердок едва мог себе позволить.

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул в темноте. Последние несколько месяцев были одними из самых изнурительных в его жизни. Текучесть кадров в «Фокс» в Лос-Анджелесе означала, что с февраля он лично руководил сетью. Всего несколько недель назад он также вышел из отчаянного двухлетнего рефинансирования, откапываясь из долгового кризиса, который угрожал привести к ликвидации его газетной компании «Ньюс Корпорейшн». И все это время он был поглощен бесплодной борьбой за то, чтобы поднять «Би-Скай-Би» с земли в Британии. Ему казалось, что все это испытание состарило его на двадцать лет.

«Это нормально?» — спросил Чисхолм.

Мердок выдохнул. Он был полон решимости сделать «Би-Скай-Би» успешным — и не только потому, что он уже вложил в него £2 млрд. Больше всего на свете он хотел, чтобы «Би-Скай-Би» заткнул рот гостям на ужасном лондонском званом ужине, которые достоверно сообщали ему на каждом светском мероприятии, что британское телевидение просто лучшее в мире. И это в стране со скудными четырьмя каналами, по крайней мере два из которых, казалось, вечно показывали снукер. Мердок оставил попытки спорить. Он точно знал, как выглядит лучшее телевидение в мире — он смотрел его каждый вечер у себя дома в Соединенных Штатах.

В нем было больше каналов. Оно имело массовую привлекательность. И оно определенно не было связано с чертовым бильярдом.

Но, несмотря на его дорогостоящие усилия, британская общественность не спешила соглашаться на его спутниковое предложение. Прошло пять лет с тех пор, как он запустил сеть платного телевидения, а «Би-Скай-Би» все еще терял £1 млн. в неделю и до безубыточности каналу не хватало 500 тыс. подписчиков. Теперь Чисхолм просил у него дополнительные £30 млн., чтобы перебить предложение конкурента о правах на трансляцию вида спорта, который ему явно был безразличен.

Английские футбольные матчи.

Мердок прокрутил в уме цифры. И поморщился.

В ближайшие годы для Руперта Мердока не составит труда выделить дополнительные несколько миллионов долларов на первоклассное спортивное программирование. К 1997 году он потратит около $5 млрд. на приобретение спортивных прав, нагло подписывая мегасделки на игры НФЛ, НХЛ, Высшей бейсбольной лиги и футбольных матчей колледжа НСАА. Но в 4 часа утра в то майское утро 1992 года расстаться с состоянием, чтобы показать английский футбол в прямом эфире не казалось ему простым решением. Оно казалось ему абсурдным. По правде говоря, он даже не любил спорт.

С другой стороны, Мердок нутром чуял, что если что-то и должно было вывести «Би-Скай-Би» на путь роста, так это показ футбола в прямом эфире. Он лучше всех других знал, что спорт может сделать для попавшего в бедственное положение бизнеса.

В 1969 году Мердок приобрел обанкротившуюся левую газету под названием «Сан» и быстро превратил ее в популистский таблоид, наполненный низкопробными сплетнями, топлес-моделями и… по меньшей мере дюжиной страниц о футболе ежедневно. В течение трех лет она стала самой продаваемой ежедневной газетой Великобритании. Теперь, почти четверть века спустя, может ли футбол снова выручить его? Он и Чисхолм много раз говорили об использовании широкой привлекательности игры для установки спутниковых антенн в домах среднего класса. Но сколько они готовы были поставить на это?

В последние несколько дней Чисхолм начал выражать сомнения по поводу того, действительно ли они вообще могут позволить себе покупку прав, что, возможно, пришло время спрыгнуть с этой беговой дорожки. Советник компании, Артур Андерсен, прямо предостерегал от такого рода самоубийственных предложений, утверждая, что невозможно зарабатывать деньги на таких смехотворных условиях.

«Так что?» — подгонял Чисхолм.

Мердок сделал паузу, чтобы в последний раз обдумать свои варианты. Не было бы никакого звонка директорам «Би-Скай-Би» или другим членам совета директоров в Лондоне. С их мнением придется подождать. Пока Чисхолм висел на линии, Мердок взвешивал решение, которое перевернет английский футбол и изменит мир СМИ. В предрассветный час на Манхэттене все свелось к одному простому вопросу.

Сколь высоко он поднимется?

«Клуб» Часть I: Отрыв. 1

Стоя в вестибюле высококлассного отеля в Западном Лондоне со стопкой документов под мышкой, запечатанным конвертом в руке и выражением усталого недоумения на лице, Рик Пэрри задавал себе точно такой же вопрос.

В то утро Пэрри прибыл в отель «Ланкастер Гейт», готовый к самому важному моменту своей профессиональной жизни — и, возможно, самому важному моменту в английском футболе с тех пор, как группа выпускников Оксбриджа собралась в пабе «Ковент Гарден» в 1863 году, чтобы утвердить законы игры. Он был здесь, чтобы завершить разработку планов создания новой отколовшейся лиги, состоящей из лучших профессиональных клубов страны, которая вскоре станет самым популярным предприятием в мировом спорте. Прежде чем они смогут вступить в это славное новое будущее оставалось решить только одно последнее дело. В конференц-зале наверху в 10 утра Пэрри должен был обратиться к двадцати двум владельцам команд — толпе сделавших самих себя миллионеров, мелких магнатов и свободных предпринимателей — и дать свою рекомендацию о том, какой вещатель должен получить телевизионные права на их новое предприятие.

Это была не простая деталь. Более десяти лет люди, которые руководили английским футболом, спорили о том, как, когда и где их игры должны показываться по телевидению — и, больше всего на свете, сколько им следует платить за эту привилегию. Поиск решения этой проблемы раз и навсегда убедил двадцати двух мужчин, которые ни в чем не могли прийти к согласию, отложить их в сторону и объединиться. Эти совместные усилия перевернут структуру английского футбола на протяжении более чем столетия, приведут к судебным искам со стороны руководства этого вида спорта и вызовут обвинения в жадности со стороны неодобрительной прессы Великобритании, не говоря уже о широко распространенной враждебности со стороны футбольных фанатов по всей стране.

Теперь, после двух лет тайных встреч, драмы в зале суда и большего количества поздних ночей, чем Пэрри проработал в течение двух десятилетий в качестве бухгалтера, они были готовы внести последние штрихи в то, что они называли Премьер-лигой.

Все, что им нужно было сделать, это выбрать вещателя для первого сезона Премьер-лиги. Одно предложение поступило от Ай-ти-ви, одной из крупнейших наземных сетей Великобритании. Другое пришло от «Би-Скай-Би» Мердока, более известного как «Скай». Независимо от того, каким путем они пойдут, их футбольные команды были настроены заработать больше денег, чем когда-либо в их истории.

В обязанности Пэрри как исполнительного директора новой лиги входило консультировать эту группу владельцев о том, какую заявку принять. В тот момент никто в Англии не разбирался в деталях судьбы Премьер-лиги лучше, чем он. В течение нескольких месяцев Пэрри вел переговоры с ключевыми исполнителями из соперничающих лагерей. В течение нескольких недель он сверял все цифры. Накануне вечером он несколько часов допоздна просидел в своем гостиничном номере, готовя презентацию, с которой должен был выступить этим утром. Но когда на кону стояли сотни миллионов долларов и оставались считанные минуты до того, как он должен был начать говорить, до Пэрри дошло, что теперь он понятия не имел, что собирается сказать.

С другого конца вестибюля отеля носящий очки Джон Квинтон, бывший глава банка «Барклэйс» и недавно назначенный председатель Премьер-лиги, поймал его взгляд и подошел. Он выглядел озадаченным. «Что происходит?» — спросил он. Пэрри пожал плечами и взглянул на часы. У него было двадцать минут, чтобы в этом разобраться.

Происходило то, что кто-то передвинул стойки ворот. С учетом окончательных предложений от обеих сторон, Пэрри лег спать накануне вечером, закончив свою презентацию и приняв решение: «Скай» станет первым телевизионным партнером Премьер-лиги. Их предложение в £44,5 млн. в год на £12,5 млн. в год превысило ставку Ай-ти-ви; кроме того, они пообещали показывать больше матчей и уделять больше времени трансляциям, превращая трансляцию футбола в прямом эфире в настоящий телевизионный продукт. Партнерство «Скай» с Би-би-си означало, что основные моменты будут доступны любому жителю Великобритании, у которого есть телевизор. Решение, по мнению Пэрри, было ясным.

Вернее, так продолжалось до 9 утра, когда Тревор Ист, бывший футбольный журналист и глава отдела футбола Ай-ти-ви, прибыл к Ланкастерским воротам, вооруженный двумя дюжинами запечатанных конвертов, содержащих копии встречного предложения Ай-ти-ви, которое он раздал каждому из двадцати двух владельцев команд по мере их прибытия.

Пэрри посмотрел на конверт в своей руке и покачал головой. Конечно, это было совершенно против правил. Он лично проинструктировал соперничающих участников торгов сделать свои окончательные предложения и выступить с презентациями перед председателями клубов 14 мая, четырьмя днями ранее. Но Квинтон предупреждал его именно о таких вещах. «Нет никаких правил, — сказал Квинтон. — Их нужно сбить с ног, вытащить из переговоров, и кто окажется последний оставшийся в живых — тот и победит». Что теперь должен был делать Пэрри? Он не мог полностью сорвать переговоры. На кону стояли миллионы, а до начала сезона оставалось всего три месяца. Если бы он попытался отказаться от новой заявки Ай-ти-ви, он остался бы без работы еще до того, как лига, над созданием которой он так усердно работал, впервые бы ударила по мячу. Кроме того, владельцы уже видели новое предложение. Они знали, что вокруг крутится еще больше денег.

Поэтому при сложившихся обстоятельствах Пэрри сделал единственно разумную вещь. Он позвонил Сэму Чисхолму и предложил ему представить встречное предложение. «Черт возьми, — ответил Чисхолм, за которым последовала череда более сельскохозяйственных ругательств. — Я перезвоню».

Вот так Пэрри и оказался стоящим посреди вестибюля отеля в ожидании телефонного звонка, а вокруг него царил хаос, и ничего не оставалось, кроме как ждать. «Нам придется отложить начало встречи», — сказал он Квинтону.

Пэрри не привык так вести дела. Он был бухгалтером по профессии, работал в «Эрнст энд Янг» и всегда гордился тем, что был специалистом по деталям, тем прилежным работником, который допоздна читал свод правил Футбольной ассоциации — футбольный эквивалент налогового кодекса — чтобы погрузиться в многовековые тонкости управления спортом. Он не любил сюрпризов. Но с тех пор, как Грэм Келли, старый знакомый-профессионал, ныне возглавляющий Футбольную ассоциацию, убедил его заняться английским футболом, сюрпризы почти не прекращались.

Все началось с первого разговора в 1990 году, когда Келли сообщил ему, что некоторые из лучших команд страны планируют сформировать новую лигу и отделиться от Футбольной лиги, устаревшего учреждения, которое более ста лет контролировало английский футбол. Что сделало этот акт восстания чреватым юридическими и логистическими препятствиями, так это то, что лучшие команды Англии были связаны с любым другим профессиональным клубом в стране четырехуровневой структурой, состоящей из девяноста двух клубов, которые находились на вершине более широкой иерархии из десятков полупрофессиональных и любительских дивизионов, которые охватывали около семи тысяч дополнительных команд и простирались почти до тех одиннадцати парней из вашего местного паба. Это так называемая пирамида английского футбола, и что делает ее одним из чудес спортивного мира, так это то, как команды могут двигаться вверх и вниз внутри нее. В конце каждого сезона три худшие команды высшего дивизиона выбывают и заменяются тремя лучшими командами из нижестоящего дивизиона. В свою очередь, три худшие команды в этом дивизионе отбрасываются и заменяются тремя лучшими из дивизиона ниже этого и так далее по пищевой цепочке. Все взаимосвязано. Любой клуб может, по крайней мере теоретически, достичь вершины с достаточным временем и достаточным количеством выходов в более высокий дивизион. Именно так более или менее работала экосистема английского футбола с 1899 года — памятник викторианскому британскому чувству порядка.

До начала 1990-х годов никто не мог предвидеть никаких причин для того, чтобы она в принципе изменилась.

Но по мере того, как у топ-клубов росли деловые амбиции, они стали воспринимать остальную часть английского футбола как обузу. Всякий раз, когда они пытались что-то сделать, начиная с надписи фамилий на обороте футболок и заканчивая удлинением междутаймового перерыва, другие из-за этого наступали им на пятки. Большие клубы были сыты по горло. Почему крупнейшие потенциальные футбольные компании в стране должны связывать свое будущее с предприятиями, которые двигались примерно со скоростью тектонических плит? Их план состоял в том, чтобы взять английскую футбольную пирамиду и отрезать от нее вершину. Остальные могли сами о себе позаботиться.

Одно это предложение было настолько взрывоопасным, что Келли пришлось пойти на крайние меры, чтобы сохранить их встречу в секрете, запретив Пэрри даже ехать в Лондон. Вместо этого Келли сказал ему, что они встретятся в Манчестере в отеле «Мидленд», неприметном месте, которое идеально подойдет для их конспиративной беседы. И это было идеальное место для футбольной встречи, за исключением одной незначительной детали: Кто-то еще думал точно так же. Когда Келли и Пэрри проводили к столу в столовой, они поняли, что Футбольная лига, те самые люди, которых они пытались подорвать, выбрали то же самое место для своей рождественской вечеринки.

Такого рода сюрпризы стали характерной чертой того времени, когда Пэрри работал в футболе. На другой сугубо конфиденциальной встрече Ирвинг Шолар, владелец «Тоттенхэм Хотспур», был вынужден улизнуть через кухонное окно, чтобы избежать встречи со ждущей у входа британской прессой. Пэрри подумал про себя, что ему следовало предвидеть приближение заковыки от Ай-ти-ви.

В вестибюле отеля Пэрри снова посмотрел на часы. Именно в такие моменты он едва мог объяснить, как оказался вовлеченным в это абсурдное предприятие, не говоря уже о том, чтобы стать его главным исполнительным директором.

Пэрри поступил на работу в ливерпульский офис Артура Янга в качестве бухгалтера в 1979 году, в конечном итоге поднявшись до должности старшего консультанта по вопросам управления. Когда Манчестер приступил к донкихотской миссии по проведению летних Олимпийских игр 1996 года в самом дождливом городе Англии, Пэрри, уроженец Северо-запада страны, был прикомандирован к заявочной команде города.

Олимпийская мечта Манчестера вскоре рухнула, но работа Пэрри над заявкой вывела его на орбиту некоторых ведущих кукловодов в британском спорте. И в том мире он встретил группу амбициозных молодых бизнесменов, которые выполняли свою донкихотскую миссию.

Они хотели зарабатывать деньги на английском футболе.

***

Приглашаю вас в свой 

Источник: sports.ru
Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

один × 2 =