Получи бонус на первый депозит до 2500₽! Жми «Сделать ставку»!

«Он будет моим шофёром. Всегда мечтал о темнокожем шофёре». Эксцентричный президент «Барсы», вошедший в историю клуба

14 января 1968 года, за три дня до очередных президентских выборов, «Барселона» на Камп Ноу принимала «Сарагосу». Перед началом игры к центру поля направился человек в бежевом пальто, которого публика сразу узнала: это был Энрик Льяудет. Он пришёл, чтобы попрощаться с сине-гранатовой публикой. Льяудета встретили оглушительными аплодисментами. Клуб покидал человек, любивший «Барсу» больше своей жизни, и во время прощания с президентом публика забыла весь негатив, который она испытывала к Льяудету за его не всегда рациональные и логичные действия, потому что этот человек вытащил «Барселону» из огромной долговой ямы и делал всё возможное для процветания любимого клуба. В этом был весь Энрик Льяудет – президент, в активе которого имеются абсолютно провальные и нелогичные решения, о которых речь пойдёт ниже, но человек, в своё время спасший от банкротства клуб, который любил всю жизнь — с ребячества и до самой смерти. Чем же прославился Льяудет за свои два президентских срока в "Барселоне"?

В 1910-х годах в совет директоров «Барселоны» входил бизнесмен по имени Жозеп Льяудет, представитель каталонской буржуазии. Также у него была собственная текстильная фирма, слывшая одной из лучших в Барселоне и во всей Каталонии вообще. В 1916 году появился на свет будущий наследник Жозепа, Энрик Льяудет, который после смерти отца взял бразды правления семейным предприятием в свои руки. Одетый по последнему писку моды и обладающий характерными для той эпохи усами, молодой бизнесмен Энрик Льяудет продолжил дело отца и вёл дела семейной текстильной фирмы. 

«Он будет моим шофёром. Всегда мечтал о темнокожем шофёре». Эксцентричный президент «Барсы», вошедший в историю клуба

Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

Но главное, что Энрик унаследовал от отца, это искренний и самый настоящий «барселонизм». В 1953 году, когда ему ещё не было и 40 лет, Льяудет-младший вошёл в совет директоров «Барселоны». Поначалу он состоял в комиссиях, отвечающих за экономическую и спортивную составляющие, а затем заведовал спортивными секциями внутри клуба. В 1956 году Энрик Льяудет был президентом одного из филиалов «Барселоны», «Кондаля» (о нём можно почитать здесь), который тогда впервые вышел в испанскую примеру. Через несколько лет Льяудет дорос и до должности президента «Барселоны». Из-за внутренних разногласий с советом директоров свой пост покинул Франсеск Миро-Санс, и Энрик Льяудет выдвинул свою кандидатуру на предстоящие президентские выборы. На выборах в июне 1961 года его конкурентом был ювелир по профессии Хауме Фусет, тоже состоявший в совете директоров клуба. По итогам голосования победил Льяудет, но превзошёл соперника по очкам совсем ненамного – отрыв составил всего 24 очка. В его президентской программе числились несколько пунктов, которые привлекли внимание участников голосования: среди них – появление единого клубного регламента, проведение референдума, который решил бы судьбу стадиона Лес Кортс (на нём «Барселона» играла до постройки Камп Ноу – прим. автора) и создание собственной футбольной академии. Последний пункт особенно привлекал «сосьос», так как тогда молодые таланты приходили в клуб из многочисленных филиалов «сине-гранатовых», разбросанных по городу, и обкатывались перед игрой за основу там же.

Энрик Льяудет принял клуб в кошмарном финансовом состоянии: долг «Барсы» составлял 289 миллионов песет. Скоро после прихода нового президента клуб потерял нескольких легенд – карьеру закончил великий Ладислао Кубала, а Луис Суарес Мирамонтес был продан в миланский «Интер» за 25 миллионов песет и стал самым дорогим футболистом мира на тот момент. Этим вынужденным трансфером Льяудет начал закрывать зияющую финансовую дыру клуба. Также Энрик Льяудет начал проводить сокращения внутри самого клуба и его спортивных секций: так, с его именем связан один из самых критикуемых его поступков – расформирование баскетбольной команды «Барсы», также известное в узких кругах под названием “Llaudetazo”. В составе команды тогда выступали одни из лучших баскетболистов страны, и это делает решение распустить баскетбольный состав ещё более странным, учитывая, что тогда баскетбольная «Барселона» была действующим чемпионом Испании. Совет директоров эту инициативу не оценил и под жесточайшим давлением с его стороны и со стороны «сосьос» через год Льяудет вернул баскетбольную команду. Сокращения затронули и «Кондаль», который после урезания финансирования опустился в третий по силе дивизион страны.

Ещё одним фактором, позволившим президенту погасить огромный долг клуба, стала продажа стадиона Лес Кортс, который перестал быть домашним полем команды после переезда на свежепостроенный Камп Ноу. Президент собрал «сосьос» и весь совет директоров на поле самого стадиона и все три стороны обсудили между собой дальнейший план действий. Итоговое решение – всеобщее согласие на снос Лес Кортс и продажу земли под городские объекты во благо клуба, чтобы закрыть многомиллионный долг «Барсы». После этого начались долгие переговоры Энрика Льяудета с городской мэрией Барселоны, а затем и с правительством Испании, касательно продажи земли, и летом 1965 года соглашение было достигнуто – годом позже земля была продана за спасительные 226 миллионов песет, которые, можно сказать, и позволили клубу выжить. Деньги приходили траншами в течение четырёх лет.

«Он будет моим шофёром. Всегда мечтал о темнокожем шофёре». Эксцентричный президент «Барсы», вошедший в историю клуба

 

Успехи на посту президента клуба мотивировали Энрика Льяудета выдвинуться на второй срок. На своих вторых выборах он снова победил, но в этот раз намного увереннее: соотношение голосов было 164-35, а отрыв составил внушительные 129 очков – его действия заставили «сосьос» поверить в чудеса и он пользовался огромным уважением среди членов клуба. Фернандо Куэста Фернандес, историк испанского футбола, характеризовал стиль управления клубом Энрика Льяудета как «персоналистский, страстный и авторитарный». В общем-то, так и было: сердце Льяудета было самого что ни на есть сине-гранатового цвета, и его приверженность клубу восхищала абсолютно всех. Он отдавал всего себя на благо «Барселоне», что подтверждали и игроки той команды. «Он был слишком темпераментный», отмечал Жозеп Мария Фустер, футболист той «Барселоны», который достаточно близко знал президента клуба. «Иногда в его действиях проскальзывал фанатизм и он заходил слишком далеко в своих речах, принижая некоторых соперников. Но его действия на посту президента были смелыми, и он смог окружить себя нужными людьми, которые помогли ему решить все проблемы». 

Именно при Энрике Льяудете Камп Ноу получил своё первое название – правда, в самом начале стадион назывался “Estadio del CF Barcelona”, в то время как название, под которым мы знаем стадион сейчас, было предложено уже тогда.

Летом 1966 года в голову президента пришла идея создать летний товарищеский турнир наподобие уже существовавших «Рамон де Карранса» в Кадисе или «Тереса Эррера» в Ла Корунье. Назвал он его в честь основателя клуба – Кубок Жоана Гампера, по-испански “Trofeo Joan Gamper”. Как отмечал сам Энрик Льяудет, Кубок Жоана Гампера был создан в нескольких целях: во-первых, названием трофея президент хотел почтить память основателя клуба, Жоана Гампера, на имя которого франкистами было наложено вето, а во-вторых, в целях привлечения дополнительных средств в казну клуба за счёт дополнительных футбольных игр с иностранными участниками во время летних каникул. Также, по задумке Льяудета, на Кубке Гампера должна была проводиться ежегодная презентация состава команды перед собственными болельщиками. Участниками первого в истории Кубка Гампера, помимо хозяйки турнира «Барселоны», стали немецкий «Кёльн», французский «Нант» и бельгийский «Андерлехт». Победителем, конечно, стала «Барселона», которая обыграла в финале «Кёльн» со счётом 3:1.

Самый забавный случай, связанный с Энриком Льяудетом, произошёл в 1967 году. Клуб подписал бразильского нападающего Вальтера Мачадо да Силву, блеснувшего на чемпионате мира 1966 года в Англии. Всё бы ничего, но с 1953 года в Испании действовал запрет на подписание иностранных футболистов, и да Силва никак не мог быть заявленным за «Барселону» по понятным причинам (запрет действовал до 1973 года и затем был отменён – прим. автора). Возникает вопрос: зачем же тогда каталонский клуб приобрёл Вальтера, если испанские клубы не могли подписывать иностранцев? Всё просто – Льяудет надеялся, что недавно назначенный министр Физической культуры и Спорта, каталонец Хуан Антонио Самаранч, закроет глаза на этот трансфер и позволит заявить бразильца. В итоге разрешение так и не было получено, хотя трансфер был уже оформлен, и когда журналист в разговоре спросил Энрика Льяудета, что он теперь планирует делать с футболистом, президент ответил «Он будет моим шофёром. Всегда мечтал о темнокожем шофёре». В конечном итоге шофёром президента бразилец так и не стал, сыграл за клуб пару товарищеских матчей и уехал обратно в Бразилию, подписав контракт с «Сантосом».

«Он будет моим шофёром. Всегда мечтал о темнокожем шофёре». Эксцентричный президент «Барсы», вошедший в историю клуба

Со временем атмосфера в «Барсе» накалялась и внутри клуба начала формироваться оппозиция Энрику Льяудету. Причиной ухудшения ситуации стало не самое большое количество завоёванных командой трофеев (всего два – Кубок Ярмарок в 1966 и Кубок Генералиссимуса, сейчас Кубок Испании, в 1963), а также неудачный сезон 1966-67, когда в чемпионате «Барса» пропустила на первое место «Реал», в Кубке Ярмарок вылетела от шотландского «Данди Юнайтед», а в кубке проиграла мадридскому «Атлетико». Тогда Энрик Льяудет начал подумывать о сложении полномочий. Уменьшить критику не помогла ни смена тренера, ни назначение нового технического директора, ни создание отдельного консультативного органа, и на следующем собрании директоров Льяудет объявил дату следующих выборов и заявил, что баллотироваться на третий срок не будет. Перед тем, как покинуть должность, Энрик Льяудет призвал «сосьос» голосовать не за официальных представителей оппозиции, Пере Барета или Николау Касауса, а за Нарцисса де Каррераса, ещё одного бизнесмена из текстильной промышленности, который, по его словам, был «барселонистом» до мозга костей. 17 января 1968 года Нарцисс де Каррерас был выбран новым президентом футбольного клуба «Барселона».

Сам Энрик Льяудет сконцентрировался на своём бизнесе, семье и различных хобби. В 1980-х Хосеп Луис Нуньес позвал Льяудета обратно в клуб, и тот вошёл в состав Комиссии по вопросам экономики, где работал до конца своих дней, до 2003 года.

*** 

«Это был президент-новатор, временами чрезмерно страстный, но никто не ставил под сомнение его искренний «барселонизм» — этими словами в 2003 году журналист “El País” Манель Серрас проводил в последний путь Энрика Льяудета, бывшего президента «Барселоны» и человека, вытащившего родной клуб из глубокой финансовой ямы с долгом в размере 289 миллионов песет. Его работа в «Барселоне» получилась крайне неоднозначной, а под конец своего второго президентского срока своими решениями Льяудет и вовсе сформировал внутри клуба мощную оппозицию, однако его эксцентричность и любовь к команде, пожалуй, перевешивают все минусы. Во всяком случае болельщики сине-гранатовых запомнят Энрика Льяудета как президента, который спас клуб от, казалось бы, неминуемого банкротства, а также как самого искреннего и преданного болельщика «Барсы», который был готов на всё ради родного клуба.

Источник: sports.ru
Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

2 + 4 =