Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Чиновники и провластные общественники активно воздействуют на РФС по поводу включения крымских клубов в российскую футбольную систему. Боссы второй и третьей по значимости лиг уже ездили на полуостров и пообещали рассмотреть вопрос допуска крымских команд.

После событий 2014 года крымский футбол существует в вакууме – УЕФА разрешил создать на полуострове собственный футбольный союз со специальным статусом, который проводит соревнования исключительно на его территории. 

Мы неоднократно рассказывали, что будет, если крымские клубы заиграют в российских больших турнирах: тотальная изоляция от мирового футбола, которая лишит нас любых международных матчей. 

Что это значит? Сейчас российские команды могут проводить международные матчи при согласии соперника, хоть ситуация и заморожена, могут совершать трансферы с использованием официальной системы ФИФА, и даже продавать игроков за деньги, а футболисты с российским гражданством могут играть в Европе. 

Как только РФС исключат из ФИФА – все это исчезнет. Поэтому даже в нынешних условиях союз строго соблюдает все требования и ждет возвращения в мировой футбол.

В мире есть спорные территории, ситуация которых может послужить России уроком – и про одну из них расскажем ниже.

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Пожалуй, самый близкий к истории с Крымом пример – Северный Кипр. Разница только в том, что Крым после провозглашения независимости фактически оказался в составе РФ, а вот Северный Кипр как бы сохранил независимость от Турции – но при этом полностью от нее зависит.

Немного углубимся в историю: что вообще такое Северный Кипр? Исторически весь остров был населен греками, но к началу британской оккупации здесь появилось значительное количество турок – потому что до этого Кипр 300 лет был под властью Османской империи.

Когда в 1960-м Великобритания дала Кипру независимость, этому предшествовали трехсторонние переговоры с Грецией и Турцией – державы договорились, что страну разделят на греческую и турецкую общины, в армии, полиции и правительстве введут национальные квоты (правда, в два раза превышавшие процент турецкого населения острова). Греческая община настаивала на присоединении к Греции, а турок, составлявших меньшинство населения, особо никто не спрашивал. Более того, и сама Греция тоже была совсем не против добавить Кипр к своей территории, и вопрос несколько лет стоял на повестке в ООН. Но в итоге от присоединения Кипра к Греции Великобритания отказалась под давлением Турции. Правда, на настроения жителей острова это не особо повлияло. 

В новом государстве моментально обострились исторические противоречия. Уже в 1963-м случился конституционный кризис: турки-киприоты лишились руководящих постов, а между общинами вспыхнули вооруженные стычки, особенно в турецких анклавах в южной части острова (на севере турецкое население доминировало). 

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Греческие сторонники идеи энозиса (объединения с Грецией) и турецкие сторонники идеи таксима (отделения от Кипра) вступали в конфликты – вплоть до того, что в 1964-м ООН пришлось ввести на Кипр миротворческий контингент. Однако и это никак не сказалось на настроениях общества. В 1967-м в Греции к власти пришел так называемый режим «черных полковников» – военная хунта, которая еще в 50-х помогала созданной на Кипре террористической организации ЭОКА («Национальная организация кипрских бойцов»). Тогда же начались более активные действия против турецкого населения – те в свою очередь создали ТМТ («Турецкую организацию сопротивления») и провозгласили временную администрацию, отменив на турецких территориях законы, принятые на Кипре с 1963 года.

11 лет стороны жили в состоянии конфронтации, которая подогревалась с материка, а в июле 1974-го на Кипре случился переворот при поддержке тех самых «черных полковников» – президента Макариоса III (который по совместительству еще был и архиепископом) свергли, чтобы присоединить Кипр к Греции, а спустя пять дней Турция вторглась на Кипр, объявив «операцию по поддержанию мира» под кодовым названием «Аттила».

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

В этой войне случилось несколько комичных эпизодов: столкновение турецкого флота с турецкой же авиацией благодаря кипрской разведке и бой у Скиллуры, где один-единственный кипрский танк остановил продвижение 34 турецких танков, уничтожив треть. Несмотря на это, Турция быстро захватила северную часть острова – численность ее армии была намного выше кипрской, а Греция ушла от открытого конфликта, тем более что режим «черных полковников» из-за фактического провала переворота доживал последние дни.

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Турки устроили этнические чистки, более 200 тысяч греков-киприотов бежали на юг. Несмотря на откат революции и возвращение Макариоса, страна не воссоединилась – и через несколько лет Турецкая республика Северного Кипра объявила о независимости. Правда, ее признала только Турция. В 1983 году на это также решились Пакистан и Бангладеш, но после резолюции Совбеза ООН и международного давления они отозвали свои признания. Согласно международному праву, у республики Кипр, которая де-факто контролирует только южную часть острова, суверенитет над всем Кипром.

Удивительно, но столкновения греков и турков после разделения острова практически прекратились – военных действий со времен турецкого вторжения на Кипре не было. Оба государства считают своей столицей Никосию (по-турецки – Лефкоша) – она разделена так называемой «Зеленой линией», на которой стоят миротворцы спецкорпуса ООН.

Греческие клубы Северного Кипра мигрировали на юг. Самый известный пример – «Анортосис Фамагуста», который сохранил даже название города (хотя базируется в Ларнаке) и пробивался в таком статусе в Лигу чемпионов.

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

С севера на юг переехали и другие, только в этом сезоне в чемпионате Кипра три мигрировавших команды – «Неа Саламина» из той же Фамагусты и «Докса» из Катокопьи. Были и обратные примеры – например, «Тюрк Очаджи» из Лимассола перебрался на север.

Северный Кипр сейчас под санкциями, поэтому любые торговые отношения проходят через Турцию. Более того, санкции касаются и спортсменов – команды и спортсмены из ТРСК не могут проводить международные матчи и участвовать в международных соревнованиях, если только они не представляют другую страну. 

Даже турецкие клубы не могут играть с командами из ТРСК – и даже в товарищеских матчах. Например, в 1990-м «Фенербахче» провел здесь сбор и планировал встретиться с местной командой, но ФИФА не разрешила. Уже в нулевых с флагманом местного футбола «Четинкая Тюрк» (кстати, эта команда была чемпионом единого Кипра в 1951-м) хотел сыграть английский «Лутон», но под давлением Федерации футбола Кипра (признанного) англичанам отказали. Это пример того, что бывает, когда страна на входит в ФИФА – под запретом даже товарищеские матчи с ней, так что Россия пока не в полной изоляции, но может к этому прийти.

Что было с теми, кто все же решился? «Генчлербирлиги» в 1988-м сыграл все с тем же «Четинкая Тюрк», а дальше международные футбольные власти послали сигнал остальным: клуб на четыре года забанили в турнирах УЕФА, а ФИФА вынесла официальное предупреждение Федерации футбола Турции.

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Зато в 2019-м ФИФА была не против матча «Неа Саламины» (тот самый уехавший из Фамагусты клуб) в буферной зоне с «Магуса Тюркгюджю» (клуб из Северного Кипра). На игру приехал посол ФИФА Дидье Дрогба, а матч стал первым с 1955 года между греческими и турецкими командами Кипра.

Сборная тоже существует, но кроме нескольких матчей с Турцией еще в 80-х, когда ограничения были не так строги, ни с кем играть не может – только в турнирах среди непризнанных государств. Местная федерация футбола претендовала на членство в ФИФА, но получила отказ.

Сюда почти не приезжали даже на сборы (хотя Кипр – очень популярное направление для клубов). В 2020-м заглянула норвежская «Волеренга», что стало огромным поводом для гордости всей страны.

«Раньше сюда могли приехать только детские команды, а теперь впервые большой клуб выбрал нашу страну для сбора. Такое произошло впервые, и это очень важно для нас, это огромное событие», – говорил Фикрет Йетерли, представитель базы.

Северный Кипр – пример жизни в футбольной изоляции. Никаких международных товарняков (и тем более турниров), соперникам – бан

Есть собственная турнирная пирамида, причем полноценная – три дивизиона и Кубок (и даже женская лига!). Здесь могут играть иностранцы, и местная лига даже как-то чуть не обзавелась звездой – Эммануэль Эбуэ приезжал в «Тюрк Очаджи», но не прошел медосмотр.

У местных клубов нет сайтов (максимум – страница в фэйсбуке, запрещенном в России), данные о посещаемости найти невозможно (но впечатления можно составить по видео с официального канала федерации на ютубе).

Футбол Северного Кипра полностью связан с Турцией – даже тот же приезд Эбуэ был возможен только из-за его игры за «Галатасарай». Пара футболистов сборной играют в турецких низших лигах, а в местном чемпионате даже есть легионеры – но те, которые не пригодились даже в турецких низших лигах.

Северокипрские футболисты в основном выступают здесь – некоторые уезжают в Турцию, где болтаются в низших дивизионах. Но (важно) – клубы не могут заявить их как граждан Северного Кипра, поэтому они вынуждены получать турецкий паспорт.

Вот как работает изоляция.

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

12 + шестнадцать =