Получи бонус на первый депозит до 2500₽! Жми «Сделать ставку»!

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

Летом 2019-го в России запустился Okko Спорт. Большая часть комментаторов перебралась в структуру нового стримингово сервиса из «Матч ТВ» и других спортивных платформ. Но среди опытных комментаторов есть один, для которого работа в редакции спортивного телевидения оказалась в новинку.

– Меня зовут Лионель Абба Туликункико. Мои родители – выходцы из Руанды. В конце 80-х они приехали в Россию на учебу.

Я родился в Санкт-Петербурге в 1993 году. По словам родителей, в те времена было жестковато: скинхеды, ограбления, истории, когда людей [неславянской внешности] вывозили на кладбище, чтобы запугать, и тому подобные штуки. В шесть лет наша семья переехала в Псковскую область – поселок городского типа Новосокольники, недалеко от Великих Лук.

Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

В Руанде нет, условно, семьи Ивановых. По руандийским законам при рождении ребенку придумывается фамилия. Например, мне дали такую фамилию в честь древних княжеских земель, находящихся на территории, где сейчас Бурунди, Руанда и Конго. Я должен был быть просто Лионель Абба, но так как в России в свидетельстве о рождении нужно указывать фамилию отца, то я еще и Туликункико. У меня три сестры и брат: Франсина, Валя, Анна-Виктория и Леонардо. Я самый старший.

– В столице развитая инфраструктура, сейчас Кигали – один из самых чистых городов на континенте. Развит туризм. По рассказам отца и людей, которые там живут, есть свои внутряки, которые людям извне будут тяжело понять в связи с политическими нюансами. Сам я там ни разу не был, но, думаю, туда стоит съездить.

– Я живу в Некрасовке, тут очень много африканских ребят из Нигерии. Они каждый раз удивляются, что я ни разу не был в Африке. Получается, я свой среди чужих, чужой среди своих, ха-ха.

– Как ты сам понимаешь, в небольших городах люди не привыкли видеть людей с другим цветом кожи, особенно в начале нулевых. Поражало, как сильно люди были удивлены моему появлению. Я пошел в первый класс и сразу стал предметом всеобщего обозрения. Начались вопросы: «Почему у тебя ладошки белые? Почему у тебя волосы такие?» – нормальная реакция для детей.

Изгоем я себя не ощущал. С оскорблениями, типа «##########», «негритос», я смирился еще в детстве – когда что-то повторяется постоянно – на это закрываешь глаза. После школы я поступил в ГКА им. Маймонида на филологический факультет, который недавно закончил.

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

– Как и в большинстве случаев – это дело случая. Я работал ассистентом продюсера в «Среде» (продюсерская компания Александра Цекало) и в какой-то момент почувствовал: нужно что-то менять. Я с детства увлекаюсь футболом, поэтому друзья постоянно предлагали попробовать себя в спортивной журналистике.

Я написал Стогниенко в директ что-то в духе: «Меня зовут Лионель. Я, как Брайан Идову, родился в Питере…». Владимир Сергеевич предложил встретиться. Мы пообщались. Он сказал, что мест нет, но можно походить на стажировку. Через месяц меня взяли в штат.

– Я бы сказал, что лояльные/строгие. Сразу дают понять: без дисциплины далеко не уедешь. С чувством юмора у них тоже все в порядке – в редакции мы постоянно друг над другом шутим. Меня часто подкалывают на стандартные стереотипы о черных людях: любят курочку, арбузы и не умеют плавать. Я в ответ шучу о типичных стереотипах про русских.

У Ромы Гутцайта я учусь отношению к негативным моментам. Например, стараюсь спокойнее реагировать на негативные комментарии. От Владимира Стогниенко я первым узнаю о том, что накосячил. Плюс он разбирает наши репортажи: объясняет, что там было хорошо, а что не очень.

Сначала общался с ними на «вы», потом, как и все, перешел на «ты». Естественно, субординацию никто не отменял. Вообще они очень крутые начальники. Я так говорю, не потому что они будут это читать, а потому что так и есть.

– Например, нельзя опаздывать на летучки, иначе штраф. Раньше было 500, сейчас 1000 рублей. За жесткие опоздания лишают трансляций или программ, но пока таких случаев не было.

– Первый репортаж свалился на меня неожиданно. Владимир Сергеевич настраивал, что меня через полгода будут потихоньку подпускать [к комментированию матчей]. Я занимался своими делами, вдруг он неожиданно спросил: «Что тебе больше по душе: Сенегал или Нигерия?». Я ответил, что Сенегал. «Будешь комментировать со мной Сенегал – Бразилия, – сказал Стогниенко и, увидев, как я замялся, добавил, – «Не хочешь?». Я быстро собрался и ответил, что хочу.

Первое время я сильно волновался, но когда в день матча приехал в редакцию, то успокоился. Владимир Сергеевич сразу предупредил: «Если обосрешься – следующий шанс получишь не скоро». Я решил, что нужно думать о репортаже, а не о том, что и как говорить. Как только выбрасываешь из головы дурные мысли – комментарий становится лучше.

– Честно, нет. Меня успокаивало происходящее на экране. Ты же знаешь футболистов, команды, конъюнктуру. Ты же знаешь, что происходит у них в клубе, сборной. Проблемы могут возникнуть, если ты не знаешь, о чем говорить. Лично для меня, чем топовее матч – тем проще работать.

– Конечно. Ты стараешься знать сто процентов информации: собираешь информацию о сборных, об игроках. Я пришел с кипой бумаг, пытался потихоньку вбрасывать какие-то факты, но это было не так просто, потому что я работал в паре.

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

– Очень, классный опыт. Считаю этот матч лучшим из того малюсенького количества репортажей, что у меня были. Я комментировал с Оксаной Сухановой и Машей Макаровой. Они сами волновались – и это единственное, что им мешало. Чем больше они будут комментировать, тем лучше у них будет получаться. Это не аутентично, как модно говорить.

– Здесь мы приходим к такому понятию, как сексизм. Есть мужики, которым не очень импонирует женский голос на мужском мероприятии. Если человек разбирается в теме – неважно, какой у него голос: женский или мужской. Среди мужских комментаторов тоже есть люди, которые не всем нравятся. Дело вкуса.

– Как и раньше. Делали различные программы. Озвучивали архивный материал. На зарплате этот никак не сказалось, потому что мы делали тоже самое, что и раньше, только без матчей. Только ушла премиальная часть, поскольку не было матчей.

– Доступ к нему предоставила АПЛ. По ходу сезона у всех правообладателей есть возможность общаться с игроками. Мы созвонились в Zoom, я пообщался с модератором – человеком, который следил за вопросами и хронометражем интервью (на все про все было 20 минут). Я, конечно же, хотел задать вопрос про «Ньюкасл» и его новых владельцев, но модератор сходу сказал: «Никаких вопросов про «Ньюкасл».

Оуэн оказался проще, чем я ожидал: без пафоса и надменности. До меня он уже несколько часов давал интервью другим вещателям, но, несмотря на это, живо отвечал на вопросы. Без капли заносчивости, что это очередная обязаловка, как у нас любят. Во многом благодаря ему получилось такое интервью.

– Это их личное дело. Может быть, у них есть своя философия, направленная на культурализацию тех зрителей, которые смотрят их канал. Я уважаю их позицию.

Если говорить про себя, то я стремлюсь к тому, чтобы быть на одной волне со слушателем. Понятно, что это очень сложно сделать из-за того, что трудно просчитать средний возраст людей, которые смотрят футбол.

Но я думаю, что если мы сейчас послушаем среднестатистического россиянина, который рассуждает о футболе, то мы услышим много англицизмов. Я сам играю в футбол и знаю этот вайб. Вот тебе, как раз, пример англицизма. Так вот, этот вайб, сленг царит на футболе всегда: до, после и во время матча. Прокинуть в очко, сделать дигу (диагональ), крутить игру и так далее. Для людей, которые в теме, это в кайф.

На мой взгляд, не круто, когда ты пытаешься казаться, а не быть. Когда ты начинаешь употреблять слова 17-го века, которые знает один дедуля в глухой деревне – ну камон. Я стараюсь использовать в репортажах те слова, которые употребляю в жизни. В общем, я за современность.

– На Копе четыре матчевых слота: 00:00, 01:00, 03:00, 04:00. У меня был опыт работы на МЛС, поэтому было привычнее.

Для меня пока нет особой разницы, когда работать: днем или вечером. Но все зависит от того, что ты делал днем. Если ты выспался, отдохнул, подготовился, то ночью работается за милую душу. А если у тебя днем репортажи, что-то еще, то морально ты подустаешь, и к 4 утра это можно почувствовать.

На Okko мы делали передачу «Копа в огне». Я считаю, она очень высокого уровня. Такое мало где делают, особенно в странах, где мало внимания уделяют южноамериканскому футболу.

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

– Вторая строчка «МЮ» в минувшем сезоне может быть немного обманчивой. Мне очень часто прилетает, что я хейтер «Юнайтед», но думаю просто немногие знают мое отношение к этому клубу. Естественно, как болельщик, я сравниваю с тем, что было раньше, при Фергюсоне. Конечно, это небо и земля. Я вижу, как играет «Сити» и «Ливерпуль», какая у них философия, как она работает. А «Манчестер» продолжает оставаться курицей без головы: куча непонятных действий.

Сульшер работает уже четвертый год. Что-то начинает устаканиваться. У меня к нему двоякое отношение. Если говорить о минусах – мне не всегда нравится то, что я вижу на поле с точки зрения игровой философии. Как болельщик, я требую современности. Последние клубы, которые выиграли лигу чемпионов и Чемпионат Англии, играют в современный классный футбол. Команды Тухеля и Гвардиолы заметны на поле даже без опознавательных знаков. Сразу видно, что хочет от своих футболистов человек в костюме, который стоит на бровке.

Когда смотришь «МЮ», ты не всегда понимаешь, что происходит. Да, есть топ-футболист Бруну Фернандеш. Он поднял уровень клуба со среднего на более высокий. Остальным игрокам тоже нужно давать какую-то установку, чтобы у команды появился рисунок игры.

Слава богу, подписали Санчо. Возможно, еще будут трансферы. Надеюсь, это придаст команде еще больше сил и качества, чтобы бороться за чемпионство. Хотя это будет очень непросто: и «Челси», и «Ливерпуль», и «Сити» будут усиливаться в борьбе за первую строчку. 

– Я болею за «Манчестер Юнайтед», а «Зениту» симпатизирую. Знаю кричалки. Если вдруг окажусь на «вираже» – не затеряюсь. В детстве жестко топил за питерцев, потому что Чемпионат России был единственным доступным. В Новосокольниках все болели за «Спартак», ЦСКА, один я – за «Зенит». В то время в клубе играли Ширл, Шкртел, Вьештица. Помню, как Петржела говорил, что «Зенит» никогда не станет чемпионом. Помню первое чемпионство. Помню первые матчи Аршавина.

– Кто бы что ни говорил, но этот принцип меняется. В «Зените» играли Витцель, Халк – у них не самый славянский тип внешности. Если бы Малком играл в девяностые, ему бы точно прилетело.

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

– В Москве я только один раз столкнулся с расизмом, когда пришел на домашний матч ЦСКА с «Тоттенхэмом». Выхожу на трибуну (фанатка, верхний ярус), и меня встречает чувак со словами: «Куда ты пришел? Мы тебя что по телеку не видели?!». Я прошел мимо: даже не пытаюсь вступать в дискуссию, если человек неадекватный.

Еще был смешной момент в Питере. Нас не пускают в бар на Думской. Друг спрашивает: «Это расизм?». «Да, это расизм», – отвечает охранник.

– Почему нельзя называть человека просто африканцем? Я согласен: в России не было расовой дискриминации, но это не значит, что можно использовать слова, имеющие на Западе отрицательную коннотацию. Это все равно что придумать отдельное слово для человека с веснушками, как определение того, что у человека веснушки. Я за то, чтобы ко всем людям обращались по имени, не делая акцент на расовых отличиях.

– Борьба с расизмом – это хорошо, но нужно сохранять адекватность. В позапрошлом году вышел сериал «Чернобыль», и какая-то женщина подала в суд на HBO за то, что в сериале не было черных людей. Даже в таких ситуациях люди умудряются найти расизм.

Сложно найти универсальный способ: везде разный социум. Людям должно прийти в голову, что оскорблять человека на расовой почве – не круто. Уверен, в Африке белому человеку жилось бы не сильно проще. Я сторонник простой теории: каждый должен стараться сделать себя чуточку лучше. Чем больше нас будет таких – тем меньше у нас будет проблем.

– Есть черные люди, которые пытаются все свести к расизму: у меня что-то не получается –  виноваты белые. Яя Туре обиделся на «Манчестер Сити», потому что ему не подарили торт. Можно сделать вывод, что в других жизненных ситуациях он тоже будет искать вещи, на которые можно обидеться.

– На самом деле, это странно. Окей, футболисты ушли с поля. Вернулись, другой чувак что-то выкрикнул. До какого момента это будет продолжаться? Выведите человека со стадиона и продолжайте матч. Пусть люди, которые находятся рядом с ним скажут: «Дружище, ты не прав. Сейчас из-за тебя накажут наш клуб». Он сразу угомонится.

Эмоции на трибунах – это нормально. Я и сам во время матча могу выкрикнуть вещи (конечно, не расистские), которые в обычное время я бы себе не позволил.

Шутил в «Открытом микрофоне», снимался в «Стрельцове» с Петровым, потом – попал на Okko, написав в директ Стогниенко

– В 2018 году я был на стендап-фестивале «Открытый Микрофон». Трехминутный материал для выступления я написал за три дня. В зале сидели стендаперы. Рассмешить комика в два раза сложнее, чем обычного человека. Тех, кто шутил не смешно, прерывали, говорили «спасибо» и отправляли со сцены под отбивку Лолиты «Нет не надо слов, не надо паники».

Вначале было стремно, потом я успокоился и рассказал свой материал: про цвет кожи, про то, что я хорошо говорю на русском, меня не озвучивают. С этого люди посмеялись. Потом я пытался спародировать кавказца. Там сидел Гурам Амарян, его это тоже позабавило.

Из 800 человек отобрали 60, я не прошел. Вот так завершилась моя стендап-карьера, не успев начаться. Понимал, что на это нужно тратить большое количество времени, но в тот момент мне нужны были деньги, я искал работу.

– В сентябре вышел в прокат фильм «Стрельцов» с Сашей Петровым в главной роли. Там я в нескольких эпизодах был в роли игрока сборной Бразилии. В перерывах между съемками мы в бразильской форме и советских бутсах играли в «квадрат» на газоне стадиона «Торпедо». Они дико неудобные, как утюги на ногах.

Вообще съемочный процесс – это очень долго и тяжело. Выход из подтрибунного помещения мы снимали с утра до вечера. Нужно было определенным образом выйти, актер и массовка должны были правильно выполнить определенные движения. Плюс паузы на смену декораций. Всего я снимался 4 дня, заплатили около 12 тысяч рублей.

Еще у меня есть короткий эпизод в «Адаптации» на «ТНТ», роль санитара Глеба в сериале «Детективный синдром» на «Первом» и [роль] капитана сборной России по футболу в комедийном сериале «Последний министр».

Источник: sports.ru
Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

двенадцать − одиннадцать =