Получи бонус на первый депозит до 2500₽! Жми «Сделать ставку»!

  • ***

    Йорг не пошевелился. Он неподвижно лежал на кровати, вокруг него были навалены серебряные и бронзовые подушки с узором из цветов. Как всегда в высококлассных отелях, подушек было слишком много: Йорг никогда не знал, что с ними делать. Он медленно переваривал только что услышанные слова.

    — Что значит, Робби не останется в Лиссабоне?

    — Он хочет вернуться и немедленно.

    Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

    Йорг сел. Он спрятал свое смущение за улыбкой. Его молчание заставило Терезу рассказать ему о том далеком мире, в который Роберт внезапно погрузился после подписания контракта.

    Выйдя из кабинета президента, Роберт сразу же после подписания слышит голос Терезы: «Давай поедем на выставку и сделаем кое-какие покупки».

    Машины на Авенида да Либердаде в вечерний час пик едут медленно. Вдоль бульвара выше домов тянутся пальмы. Под его ногами — тонкие белые и гладкие булыжники, отполированные миллионами ботинок. Летний свет на юге, более интенсивный, более яркий, все еще отражается в витринах магазинов. Несколько прохожих краем глаза смотрят на Роберта, не замедляя шага; они не хотят выглядеть любопытными, но им хотелось бы знать, зачем здесь фотографы. Чернота их волос подобна солнечному свету: более интенсивному и более яркому, чем он когда-либо видел. Он не может точно сказать, что именно заставляет его чувствовать себя чужаком.

    Они берут такси.

    Павильоны экспозиции Старого Света теперь превратились в развлекательный район с бутиками и ресторанами. «Там может быть обувной магазин», — игриво говорит Роберту Тереза и смотрит на него.

    Он наклонил голову.

    В первую зиму в Менхенгладбахе он держал голову точно так же, когда его вдруг охватывал страх. Он сидел за обеденным столом в квартире на Лоозенвеге. С несчастным видом Роберт сказал, что не хочет идти на тренировку, потом замолк, склонив голову набок, как будто хотел положить ее на плечо, и замер в этой позе на несколько минут. И вдруг он делает это снова, и Тереза видит, как слезы наворачиваются на его глазах.

    Он чувствует на себе взгляд Терезы.

    — Я на минутку схожу в туалет, — говорит он и резко разворачивается, словно пытаясь освободиться.

    — Что случилось? — спрашивает Йорг.

    — По-моему, Робби не очень хорошо себя чувствует.

    — О, неужели?

    Проходит необычайно много времени, прежде чем он возвращается из туалета.

    — Может, вернемся в отель? — немедленно спрашивает Тереза, пытаясь помочь.

    Роберт говорит Йоргу, что у него болит голова. Йорг смотрит на него — не похоже, что Роберт нездоров.

    Чтобы скрыть молчаливость Роберта, в такси разговаривает Тереза. Йорг сидит впереди. Он не видит, что Роберт, склонив голову набок, сидит неподвижно и смотрит в окно.

    — Отдохнем часок-другой, а потом посмотрим, что будет дальше, — говорит Тереза, когда лифт в пятнадцатиэтажном отеле доставляет их на этаж, откуда открывается чудесный вид. — Увидимся позже, Йорг.

    Как только она закрывает за собой дверь, Роберт бросается на кровать, зарывается головой в подушку и плачет так отчаянно, что кажется, вот-вот захлебнется слезами. Она гладит его по шее, чтобы успокоить.

    — Робби.

    — Я не могу здесь оставаться. Ничего не выходит.

    — Но ты подписал контракт час назад.

    — Что я делаю здесь, в чужой стране?

    По крайней мере, он больше не говорит в подушку.

    Его рыдания стихают.

    — Хорошо, — наконец говорит она. — Оставайся здесь, а я пойду и скажу Йоргу. Мы должны ему сказать.

    Раздается стук в дверь комнаты Йорга. Когда Тереза входит, на его губах все еще играет улыбка, как будто ему только что приснился чудесный сон.

    «Слишком короткая жизнь: трагедия Роберта Энке» 4. Страх

    Йорг последовал за Терезой по темно-серому ковру гостиничного коридора, все еще не совсем отойдя от восторга беспроблемного подписания контракта. Когда они добрались до комнаты Роберта, он лежал на кровати точно так же, как и раньше. Повторился прежний диалог.

    — Я не могу здесь оставаться.

    — Но ты подписал контракт час назад.

    — Ничего не выходит.

    На какое-то мгновение Йорг смог ему посочувствовать. После сезона, проведенного в Менхенгладбахе, он ясно представлял себе Роберта Энке — необычайно спокойного, философствующего, рассудительного молодого человека. Внезапно, глядя на Роберта, он увидел себя в шестнадцать лет, когда его родители, оба учителя, спросили его, не хочет ли он поехать в Соединенные Штаты студентом по обмену на год. Смутное чувство страха и одиночества поднялось в нем: «Америка? О Боже, это же так далеко». И Йорг немедленно отказался от предложения родителей. Ему казалось, что он понимает страх Роберта: «Ему был всего двадцать один год, мальчик, идущий в неизвестность, и он был ошеломлен отчужденностью в другой стране».

    Но понимание этого не помогло ему выбраться из этой передряги.

    Почему он не переспал с этой мыслью ночь? Возможно, это просто нервы — понятно, конечно.

    Роберт яростно замотал головой. Он должен был выбраться отсюда, он собирался уехать. На его щеках проступили красные пятна.

    Йорг позвонил Флиппи. В конце концов он был всего лишь сотрудником агентства и не мог принимать важных решений, не посоветовавшись со своим боссом. Флиппи дал недвусмысленный совет: «Дай ему пощечину».

    Йорг понял: ему придется самому разобраться в ситуации.

    Приглашения на презентацию Роберта Энке на следующее утро на «Эштадиу да Луш» уже было разослано в прессу.

    Тереза села на кровать рядом с Робертом, а Йорг сел в серое кресло. На столе лежал букет белых роз.

    — А что, если мы скажем, что Тереза нездорова и мы должны срочно уехать?

    Тереза сказала, что подыграет.

    Йорг посмотрел на Роберта.

    Роберт ждал, пока они что-нибудь предпримут.

    — Тогда я разберусь с этим, — сказал Йорг. 

    Но как минимум ему придется сказать правду тренеру «Бенфики». Роберт был обязан своим контрактом Юппу Хайнкесу, и лишь по одной этой причине они должны быть честны с ним. Что бы ни случилось дальше.

    «Слишком короткая жизнь: трагедия Роберта Энке» 4. Страх

    Йорг вышел на улицу. Трудные разговоры давались ему легче, когда он двигался. Он шел по Руа Кастильо. Дорожное движение взревело, когда он сообщил в офис президента «Бенфики», что им придется отложить презентацию: жена вратаря нездорова, завтра они вылетят обратно первым же самолетом — да уж, к сожалению. Какое облегчение, что порядочность требует от секретарш не задавать каверзных вопросов.

    Йорг повернулся и пошел обратно по Руа Кастильо мимо обалденных зданий «Сотби» и «Ритца», которые он даже не заметил. Прогулка вела его немного в гору, что было хорошо, так как чем больше он производил физических усилий, тем меньше замечал свое нервное напряжение.

    Хайнкес ответил на звонок дружелюбным голосом.

    Йоргу хотелось поскорее сбросить все с себя, и он оттарабанил свою речь, не давая тренеру возможности прервать его. Роберт заболел, боялся внезапно оказаться за границей, молодой парень; короче говоря, они должны уехать прямо сейчас, нет никаких других вариантов; все остальное они разберут позже, но, честно говоря, переход Роберта в «Бенфику» был сомнительным делом.

    — Мистер Неблунг, Вы невероятно бесцеремонны.

    — Да, мне тоже очень жаль. Но это единственный выход.

    Он повесил трубку и остановился.

    «Учитывая обычаи профессионального футбола, Хайнкес, конечно, подумал, что мы внезапно нашли для Роберта предложение получше, и используем отговорки, чтобы вытащить его из контракта с «Бенфикой». Так что я мог понять тренера, предполагающего в тот момент худшее. Агенты частично и являются теми, кто принимает удары и щадит тем самым игрока. Так что с моей стороны было вполне справедливо выслушивать подобные нотации от Хайнкеса», — размышлял Йорг.

    В тот вечер они остались в гостинице. Йорг изменил бронь обратного рейса на следующий день. Роберт рано лег спать.

    На следующее утро в аэропорту Йорг купил Роберту экземпляр газеты «Рекорд» с заголовком «Энке подписан». Роберт увидел, как счастливо он улыбается на фотографии с первой полосы. Теперь у него была только одна цель: уехать из Лиссабона. Он был слишком измучен страхом, чтобы понять, что тот, кто улетает, должен куда-то прилететь. И все же он улетел.

    Они с Терезой уехали в отпуск. Дюны южной Голландии с их продуваемым всеми ветрами кустарником начинались сразу за километровым пляжем в Домбурге. Облака висели так низко, что, казалось, опустились на песчаные холмы. Роберт смотрел на бегающих собак.

    Никто из них не вспоминал о том вечере в Лиссабоне, но в их молчании не было ничего напряженного. Здесь это просто не имело значения.

    «У нас есть четыре недели до начала тренировок в “Бенфике”», — подумала Тереза. За четыре недели всякое может случиться.

    Тем временем в агентстве Норберта Пфлипсена строили планы на будущее. Филиппи позвонил Эдгару Гинену, спортивному директору «Мюнхен-1860». По-прежнему ли они заинтересованы в подписании контракта с Робертом? Но перспектива ввязаться в судебный спор из-за игрока, который не захотел присоединиться к ним несколько недель назад и теперь подписал контракт с другим клубом, не казалась Гинену очень заманчивой.

    Единственный выход — убедить Роберта все-таки полететь в Лиссабон.

    Флиппи позвонил Юппу Хайнкесу.

    — Мой дорогой друг, все это не может быть правдой! — воскликнул тренер.

    — И не говори! Юпп, я тебя понимаю, я на твоей стороне. Парень просто немного напуган. Папарацци в Лиссабоне запугали его, прием был для него слишком тяжелым.

    — Ты хоть понимаешь, что произошло?? У него отличный контракт, потому что я за него заступился!

    — Я знаю это, Юпп, и парню об этом скажу тоже. Мы постараемся разобраться. Дай ему немного времени.

    У него не было времени, он должен был планировать сезон. Тон Хайнкеса был близок к тону тренера, разговаривающего со своей командой в раздевалке в перерыве, когда его команда проигрывает 0:4.

    Вскоре пришло сообщение из Португалии: Хайнкес подписал еще одного вратаря. Йорг ввел имя нового человека через Интернет в поисковую систему, которая тогда находилась в зачаточном состоянии. Карлос Боссио. На четыре года старше Роберта, серебряный призер Олимпийских игр 1996 года со сборной Аргентины, 146 игр в аргентинском высшем дивизионе за «Эстудиантес». Прилагаемые фотографии говорили об остальном. «Огромный парень, 194 сантиметра ростом, с подбородком, как у Сильвестра Сталлоне, — вспоминает Йорг. — Это был вратарь высшего класса». «Бенфика» больше не рассчитывала на Роберта, не верила, что он проявится после его поспешного отлета. Таково было послание, переданное из Португалии.

    «Слишком короткая жизнь: трагедия Роберта Энке» 4. Страх

    Йорг рассказал об этом Роберту, как будто для них ничего лучше и быть не могло: «Теперь у тебя нет давления в Лиссабоне — они пригласили вратаря из Аргентины. Он может играть в начале, и, наверное, это не так уж и плохо. Ты можешь спокойно там пока устроиться».

    После летних каникул кожа Роберта загорела до бронзы, а светлые волосы блестели. Он сказал, что, конечно, понимает, что должен вернуться в Лиссабон, он подписал контракт.

    Тереза организовала их отъезд из Гиерата. За день до вылета в Лиссабон они смотрели, как грузчики выносили коробки из квартиры на чердаке; чемоданы и сумки для полета хранились отдельно, на кухне. После того как фургон уехал, Тереза в последний раз проверила пустую квартиру на случай, если что-то забыла. Была суббота; тишина деревни по выходным соответствовала пустоте квартиры.

    Роберт подошел и встал перед Терезой. 

    — Я не поеду.

    — Чего?

    — Я не поеду. Где ключи от машины?

    Тереза была слишком озадачена, чтобы даже думать, не говоря уже о том, чтобы что-то делать.

    Как только он уехал, она позвонила ему на мобильный. Он его отключил. Она позвонила его родителям: «Если позвонит ваш сын, постарайтесь как-нибудь его успокоить. Он только что укатил».

    Она поехала в Рейдт повидаться с Йоргом и Дерте. Недалеко от старой фермы бабушки Фриды она увидела Йорга, в спортивном костюме исчезающего в лесу. «Пусть бегает, — подумала она, — пусть наслаждается упражнениями, пока я не шокировала его новостями».

    С приятным чувством усталости, которое возникает после небольшой физической нагрузки, Йорг вернулся через три четверти часа. Он поздоровался с Терезой и небрежно спросил: «А где Робби?»

    — Он укатил.

    — Чепуха.

    — Нет, правда. Он укатил.

    Тереза, Дерте и Йорг понимали, что смех совершенно неуместен, поэтому единственное, что они могли — это рассмеяться, что они и сделали.

    Они звонили ему на мобильный каждые несколько минут. Телефон оставался выключенным. Они посылали ему сообщения. Все, что они могли сделать — это продолжать ждать.

    Темнота мягко вытеснила славный день, и вскоре было уже девять вечера. Когда в дверь позвонили, Роберт отсутствовал уже семь часов. Тереза подбежала к двери, открыла ее и увидела, что он стоит у подножия крутой лестницы. Он поднял глаза и снова отвернулся, как будто ничто в этом мире не имело к нему никакого отношения.

    — Боже, Робби, где ты был?

    — Далеко.

    Тереза так и не получила конкретного ответа. Она и не настаивала. У нее было ощущение, что его внутреннее самообладание только что восстановилось и что она ни в коем случае не должна нарушать это прекрасное равновесие.

    «Сегодня мы уезжаем в Лиссабон», — сказала она на следующее утро, изо всех сил стараясь, чтобы это не прозвучало как вопрос или приказ.

    Он кивнул. Невозможно было сказать, что он чувствовал.

    ***

    Источник: sports.ru
    Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here

    12 − 10 =