В прошедшем сезоне Сон Хын Мин впечатлил: настрелял 23 гола вместе с Салахом и первым из азиатов забрал «Золотую бутсу» АПЛ.

Мощный перформанс не оставили без внимания на Родине: в начале июня, перед товарищеским матчем Южной Кореи против Бразилии (1:5), футболисту вручили президентскую медаль Cheongnyong – высшую спортивную награду в стране. До этого ее получали двукратная олимпийская чемпионка по фигурному катанию Ким Ен А и гольфист Пак Сери.

Так Сона отблагодарили не только за спортивные успехи за рубежом, но и за весомый вклад в развитие южнокорейского футбола. Еще 10 лет назад в родном городе форварда Чхунчхон (расположен примерно в 100 км от столичного Сеула, живут около 300 тысяч человек) появилась футбольная академия с говорящим названием «Сон». Со временем она разрослась и в итоге обошлась Хын Мину уже в 11 млн фунтов.

В академии Сона тренирует его жесткий отец: он отдает детям приказы и запрещает им бить (да!) до 15 лет

Обычно такие проекты в Южной Корее хотя бы частично финансируются государством, но здесь все построено исключительно на частные деньги. С ростом популярности Сона у академии появились крупные спонсоры, а после 2015-го сам футболист вкладывает туда все больше и больше с личных счетов.

60-летний Сон Вун Чжун – бывший футболист, играл на неплохом уровне в Южной Корее. После окончания карьеры он тренировал сыновей, причем достаточно сурово. «Был ли он строгим тренером? О да. Пугающим», – улыбался Сон.

Детей в академии тоже тренирует Сон-старший – дисциплина на месте. Вун Чжун небольшого роста (всего 167 см), но в безупречной физической форме. Только посмотрите!

В академии Сона тренирует его жесткий отец: он отдает детям приказы и запрещает им бить (да!) до 15 лет

Помогают ежедневные два часа в спортзале.

Вун Чжун обучает 35 детей: они приезжают со всей страны и должны соответствовать высоким физическим и интеллектуальным стандартам, которые устанавливает тренер. Еще он уделяет большое внимание контролю мяча и умению играть обеими ногами. Это, кстати, одна из главных фишек Сона-младшего: он стал лишь вторым правшой, который забил в АПЛ 10+ мячей левой ногой (первым был его друг Харри Кейн в сезоне-2017/18).

«Обычно, когда студенты только начинают, у них есть предпочтительная нога – и соотношение составляет 3 к 1. Три для более сильной ноги и один – для слабой, – рассказывает Вун Чжун в интервью The Athletic. – Когда они тренируются здесь, правши всегда сначала касаются мяча левой ногой, а левши – правой. Так более слабая нога развивается, и в итоге студенты становятся двуногими».

Качественный контроль мяча – еще одно важное требование к мальчикам. Сон-старший установил его, еще когда тренировал школьную команду, где играл его сын в 10-12 лет. «Было упражнение, чтобы мы все держали мяч в воздухе 40 минут. Когда кто-то ронял мяч, отец ничего не говорил, но как только мяч ронял я, он заставлял всех начинать с начала. Игроки понимали, что это было, потому что я его сын, и да, это было очень тяжело. Но если подумать сейчас, то это был правильный путь», – рассказывал кореец.

Вун Чжун строго относится к детям, большинству из которых 12 лет: задания напоминают приказы, он частенько выражается нецензурно. Вун Чжун активно участвует в тренировках, а мальчиков, которые, по его мнению, недостаточно сосредоточены, отправляет домой. Иногда дети даже побаиваются тренера.

В академии Сона тренирует его жесткий отец: он отдает детям приказы и запрещает им бить (да!) до 15 лет

Еще Сон-старший запрещает детям сильно бить по мячу до 15 лет. То есть можно пасовать и финтить, а вот лупить по девяткам – нет. «Это повредит их связки и суставы, потому что они еще не до конца созрели. То же самое было и с Хын Мином. Именно поэтому я был против того, чтобы мои дети участвовали в клубных матчах в этом возрасте, та же философия и у нынешней группы», – говорит Вун Чжун.

Но главное (и самое строгое) правило касается выхода из академии. Сон-старший не отпускает мальчиков в клубы раньше 15 лет. Вун Чжун объяснял логику: «Для школ, родителей и некоторых клубов, где дети играют в раннем возрасте, речь идет не о том, чтобы развивать их как футболистов. Там больше заботятся о победах в матчах и местных соревнованиях, а не о развитии их базовых навыков».

Чтобы преуспеть в академии, нужно полностью приспособиться к этим методам. «Это не игровая площадка, и я очень строго отношусь [к правилам], – рассказывает Вун Чжун. – Если вы собираетесь быть здесь, но не набрали хорошую спортивную форму и выглядите ленивым на поле и вокруг него, это категорическое «нет» для меня. Другое дело – отношение в целом. Будь скромными, уважительно относись к тому, кого ты учишь и кто учит тебя. Если этих двух элементов нет, я исключу ребенка из академии».

Суровый Вун-Чжун часто находится в Лондоне, поэтому в это время детей тренирует 33-летний Сын Хын Юн – старший брат Сона, который профессионально играл в Корее и забирался в пятый немецкий дивизион. «У него просто не было таланта», – ворчит отец.

Сын Хын Юн относится к детям добрее: «Я хочу быть посередине, поэтому устанавливаю баланс между строгостью и нежностью», – объясняет брат Сона.

Академия базируется вдали от Сеула и требует от семей переехать в Чхунчхон. Там замечательный условия: есть несколько полей, в том числе полноразмерное, и лестницы, предназначенные для фитнес-упражнений. За полем для игры 11 на 11 находятся большие навесы, которые защищают поверхность от сильного дождя и холода. В планах – построить автостоянку, кафе и даже музей Сон Хын Мина.

В академии Сона тренирует его жесткий отец: он отдает детям приказы и запрещает им бить (да!) до 15 лет

Еще на мальчиков вешают специальные GPS-трекеры, которые помогают избегать травм и чрезмерных нагрузок. С последним, кстати, Сону-старшему помощь точно необходима – он, как и Антонио Конте, обожает интенсивные тренировки.

«Я очень уважаю тренера Конте, и ключевая причина – его страсть, – говорит Вун Чжун. – Некоторые люди, увидев как он изменил тренировки в «Тоттенхэме», подумали: «Разве это не слишком много? Разве это не слишком экстремально?» Но именно из-за этой страсти они смогли попасть в Лигу чемпионов».

К уровню Сона пока никто не приблизился, но двое играют в немецком клубе. Полузащитники Чхве Ин У (19 лет) и Рю Дон Ван (20) выступают за резерв «Падерборна» из пятого по уровню дивизиона Германии (основная команда находится во второй Бундеслиге). Локацию выбрали из-за связей Сона с немецким чемпионатом: на старте карьеры он играл в «Гамбурге», а потом в «Байере».

Пока результаты невыдающиеся, но у Сона-старшего есть веское оправдание: за 10 лет через академию прошло не так много ребят, поэтому шанс воспитать будущую звезду сохраняется.

В академии Сона тренирует его жесткий отец: он отдает детям приказы и запрещает им бить (да!) до 15 лет

Футболист пересказывал много ярких историй, связанных с отцом.

• «Он давал нам четыре часа набивать мяч, – вспоминал Сон. – Нам обоим. Примерно через три часа я видел уже три мяча, пол казался красным [из-за налитых кровью глаз].  Я так уставал, а он был очень зол из-за этого. Думаю, что это была лучшая история [из детства], и мы все еще про это разговариваем, когда собираемся вместе. Четыре часа держать мяч в воздухе и не ронять… Это сложно, не так ли?».

• Сон-старший разработал для сына специальную программу тренировок. Сначала они работали исключительно над базовыми навыками, затем, когда Сон пошел в среднюю школу, отец заставлял его регулярно работать с мячом и бить по воротам левой ногой. Когда Сону исполнилось 18, он стал работать над ударом – бил по 500 раз за тренировку обеими ногами, отрабатывая удары из определенных точек в штрафной.

Важный элемент футбольного воспитания – уважение. Его Сону тоже прививали с детства. «Отец говорил, что, если я выхожу к воротам, а соперник получил травму, я должен выбить мяч и помочь сопернику. Если ты хороший футболист, но ты не знаешь, как уважать других, ты никто. Он по-прежнему мне это говорит, – признавался Сон. – Иногда это сложно, но мы все сначала люди, а уже потом футболисты. Нужно уважать друг друга. На поле, вне поля – почему это должно отличаться?».

• В прошлом Сон встречался с корейскими поп-звездами Бан Мин А и Ю Со-Юн, но сейчас он один. И это, похоже, надолго. По совету отца Сон не планирует жениться, пока не закончит игровую карьеру: «Я согласен с отцом. Когда ты женат, семья выходит на первый план, жена и дети, только потом футбол. Мне важно, чтобы, пока я играю на топ-уровне, футбол оставался главным. После окончания карьеры, ну или там в 33-34 года, у тебя по-прежнему впереди долгая семейная жизнь».

• Надо понимать, что корейское общество устроено так, что слово отца (и родителей в целом) для детей – закон. «В Европе и Азии разный подход. Люди думают: почему он живет с семьей? Но причем здесь я? Кто помогал мне играть в футбол? Родители. Они пожертвовали своей жизнью и приехали сюда, чтобы помогать мне. Я должен им отплатить, – говорил Сон. – Я очень благодарен им за каждую возможность, которая позволила мне этого добиться».

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

пять × три =