Получи бонус на первый депозит до 2500₽! Жми «Сделать ставку»!

Когда водителя автобуса попросили закинуть вещи в багажный отсек, он немного опешил.

Вместо привычных чемоданов и спортивных сумок на парковке лежали запакованные в чехлы гитары (электрические, три штуки), бас, труба и полный комплект всего необходимого для сборки ударной установки. А еще – внушительных размеров звукоусилитель и нечто непонятное водителю, но тоже относящееся к музыкальным примочкам.

Все просто: в составе «Атлетика» из Бильбао на финал Суперкубка Испании против «Барселоны» отправились шесть подающих надежды рок-музыкантов.

А именно: центрфорвард Вильялибре (труба), левый и далекий от моды защитник Баленсиага (гитара), опорник Дани Гарсия (ударные), правый хав Де Маркос (гитара), правый латераль Лекуэ (бас) и центральный полузащитник Весга (снова гитара).

Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

План был очерчен ясно: добраться до Севильи, отыграть финал, а наутро представить в одном из местных отелей дебютный сингл банды Orsai. Именно так назвали себя шестеро, которым надоело быть просто футболистами самой моноэтнической профессиональной команды Европы.

Главный тренер «Атлетика» Марселино был вовсе не против: тренер, вполне обходящийся на столь серьезном посту и без фамилии, просто обязан быть демократичным.

«Только выиграйте этот проклятый кубок, а потом делайте что хотите», – вот указ человека, так любившего Черышева в «Вильярреале».

Сказано – сделано. Кубок выиграли (и даже взбесили Месси), а следом устроили репетицию с игрой на трубе прямо в центре битвы.

Хотя сначала плясали под дудку «Барсы» – и красочное представление сингла было под угрозой.

Отмена премьеры в планы не входила: рокеры из Страны Басков поднапряглись и решили во что бы то ни стало взять Золотую Чашу. Так думал гитарист Де Маркос, когда делал счет ничейным (1:1), так думал трубач Вильялибре, когда своим ударом перевел игру в дополнительное время (2:2).

Финальную кляксу (слово «аккорд» здесь будет слишком попсовым) поставил Иньяки Вильямс, которого теперь обязаны взять приглашенным музыкантом (3:2).

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

И хотя поклонникам «Барсы» могло показаться, что они проиграли любителям из подземного перехода, проиграли они настоящим эстетам. После бессонной ночи в андалусском отеле полыхнуло: но несмотря на травоядное название песни One Club Men, больше ничего из этой ска-панк-тирады с элементами гаражного рока на баскском вы не поймете.

«Мы хотели сделать песню о всеобщем братстве, общности людей. О парнях, которые вместо того, чтобы рубиться в покер онлайн, решили писать музыку», – так видят участники Orsai суть своего произведения.

Титульная фраза отсылает к премии One Club / Women, учрежденной клубом из Бильбао для футболистов, которые провели всю карьеру в одном клубе. Ее получали не только местные – отмечают достижения всех. В числе удостоенных награды Карлес Пуйоль, Райан Гиггз, Мэтт Ле Тисье и другие.

К съемке герои особо не готовились: надели что попало. Баленсиага, видимо, праздновал всю ночь – опять мимо брендов. Пришел в шортах, в которых отыграл 82 минуты против «Барсы».

История Orsai началась два с половиной года назад на предсезонном сборе. Шестеро заскучавших друзей, потевших в тренажерном зале под призванную мотивировать панкуху, разговорились о музыке.

Идея создать группу появилась внезапно – по крайней мере, так повествует ударник Дани Гарсия. Гарсия в буквальном смысле психанул: взял, да и приобрел установку сразу после тренировки.

Лекуэ, Баленсиага, Де Маркос и Весга чуть припозднились: забились у магазина на следующий день – и закупились гитарами.

«Продавцы в магазине чуть в штаны не наложили от удивления», – шутит Лекуэ. 

Представьте себе лицо Станислава Черчесова, когда его золотой и не очень актив из страны Баскова с чашами чая в руках запирается в репетиционной комнате перед тренировкой. Но это не про Марселино. 54-летний тренер, в отличие от Станислава Саламовича, наверняка был бы рад увидеть в этой банде и Черышева (тем более, что тот совсем скис в «Валенсии»):

«Мне кажется, что Асьеру (Вильялибре) игра в группе пошла только на пользу. Когда я наблюдал за ним, всегда отмечал, что он слишком скромный, тихий мальчик. Почти не разговаривает, все время молчит. Увидев его на сцене, я был впечатлен: он замечательно поет! А его искусство игры на трубе – это просто превосходно!»

Ну что, как вам такой речитатив от Марселино, наложенный на массовый плач болельщиков «Барсы» в стиле шугейз – по поводу грязной игры Вильялибре?

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Вильялибре присоединился к группе последним. У банды у тому времени были имя, гитарная мощь и годная лирика, но по классике из биографических книг о рок-группах не было яркого солиста.

Бородач согласился на авантюру, но поставил условие: будет отмечен его талант игры на трубе. Именно труба и стала фирменной фишкой в звучании Orsai. Без нее уже невозможно представить масштабную главу из истории «Атлетика», написанную в финале Суперкубка.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Уникальность Orsai признали в музыкальных кругах. Продюсер Хуан Эскрибано (и по совместительству друг гитариста Де Маркоса) стал первым ценителем:

«Когда ребята попросили записать их, сначала я очень переживал, что выйдет нечто неудобоваримое. К тому же я и сам бешеный фанат «Атлетика» – для меня это было непросто. Но с первых минут в студии я понял, что ребята полностью расслаблены».

В команде труды одноклубников оценили не сразу. У легенды «Атлетика» Арица Адуриса, по его признанию, уши сворачивались в трубочку. Но теперь он ставит One Club Men дочерям: усердная работа бравой шестерки на репетициях, как и на тренировках, дает плоды.

Баленсиага, Гарсия, Лекуэ и Весга начинали с нуля – учились по видеоурокам в YouTube. Гарсия со временем перешел с электронной установки на акустическую. Партнеры по группе уверяют: жертвами опорника стали сотни палочек – видимо, он представлял, что рубит на корню сольный проход Месси.

«Ну а что, я – агрессивный на поле, значит и в группе буду агрессивным!» – Гарсия прижился бы в Челябинске, если там хоть раз была бы толковая футбольная команда.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

А что же такое Orsai? Подсказывает Эрнан Касьяри, автор культового аргентинского журнала с одноименным названием:

«Фишка нашего журнала в том, что у нас нет рекламы – от слова совсем. Orsai в футбольном сленге испаноговорящих стран означает «офсайд» – это искаженная форма англицизма. Но есть у этого жаргонизма и второе значение. В районе Ривер Плейт так называют выскочек, людей, которые делают нечто не к месту – или не то, чего от них ожидают».

Свое название Orsai оправдали дважды: не только взяв в руки инструменты, но и шокировав прытью «Барсу» в финале Суперкубка.

Теперь эффект неожиданности трансформировался в ожидание фанатов новых синглов и альбома – на YouTube уже более 300 тысяч просмотров «One Club Men», а в Instagram 20 тысяч подписчиков. Вслед за первым синглом футболисты «Атлетика» записали еще и первый кавер, выбрав для переработки одну из нетленок AC/DC.

Марселино придется смириться с тем, что время от времени его золотому активу придется пить чай – а, возможно, даже уходить в музыкальный запой, жадно отхлебывая лирику из подарившего сильные эмоции Суперкубка.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Orsai – конечно, выскочки, но точно не единственные в своем роде. Сценический потенциал футболистов изучался еще в семидесятых – первым опробовали легенду английского футбола и обладателя Кубка чемпионов в составе «Гамбурга» Кевина Кигана.

Слова к треку с часто встречающимся в англоязычных песнях названием «Head Over Heels in Love» («По уши влюблен») написал сам Крис Норман, а режиссером клипа был явно непризнанный гений, упивавшийся Тарковским.

Но истинными первопроходцами можно считать Гленна Ходдла и Криса Уоддла, партнеров по «Тоттенхэму» конца 80-х. Их дуэт стал, пожалуй, первой успешной пробой создания группы – до того превалировали сольные выступления.

На этом сходство с группой из страны Басков не заканчивается: будто предвидя реакцию общественности, живущей стереотипами, двое друзей назвали дуэт Glenn & Chris. Это своего рода Orsai по-английски: из-за рифмующихся фамилий и сыгранности пары в футболе их знали исключительно как «Hoddle & Waddle». 

Сингл «Diamond Lights» под недурную электронщину в ритмах New Wave взобрался на 12-е место в чартах Великобритании. Успех был ошеломительным.

Уоддл вспоминал в интервью The Guardian:

«Как сейчас помню тот день, когда нас позвали на шоу Top of the Pops. Организаторы сказали, что песня классная, но видео жутко отстойное, так что нужно будет снять лайв.

Клянусь, я в жизни так не нервничал, никогда. Какие там финалы кубков, чемпионаты Англии, Лига чемпионов – все это рядом не стояло с тем, что творилось со мной в тот вечер. Там были настоящие легенды – например, The Smiths. Теренс Трент д’Арби (американский поп-певец; выступает до сих пор – прим. Sports.ru) подошел к нам и сказал: «Привет, пацаны. Слышал вашу песню. Мне понравилось».

Мы так и не поняли, стебется он или нет – ощущение было, будто говорит искренне.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

История нашего дуэта начиналась в Ковентри, там мы по фану выступили на сцене с одной местной группой. Все было здорово, и мы решили испытать себя.

Приятель познакомил нас с продюсером, записывавшим Nolan Sisters (ирландская герл-группа родом из 70-х; также активна – Прим. Sports.ru). Мы подъехали к нему домой, напели наши песенки, и он сказал, что все окей.

Потом нашли небольшую звукозаписывающую компанию и записали трек – при чем нарочно никому не стали говорить, кто мы.

Записали и записали – и вдруг на наших выступлениях люди начали выстраиваться в очереди за автографами. Оказалось, компания была не такой уж и маленькой, а пластинки разошлись большим тиражом.

У нас брали интервью музыкальные издания, мы были реально как звезды. Но, к сожалению, так ничего больше и не записали. Была классная песенка Goodbye, мы уже хотели ее выпустить, но тут Гленна купил «Монако», и все сорвалось.

Потом я пел дуэтом с еще одним футболистом в «Марселе». На этом музыкальная карьера и закончилась. После пары кружек пива я и сейчас тащусь от своих перлов в караоке, но с исполнением Diamond Lights завязал».

Годы спустя, эксперты все же поставили под сомнение гениальность произведения.

«Песня ожидаемо отвратительная. Обложка – произведение искусства», – вердикт от журналиста портала Planet Football. 

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

В 1990-м некто Газза (Валерий Георгиевич в это время не был замечен в музыкальных достижениях и начинал тренерскую карьеру в «Спартаке» Орджоникидзе) побил достижение Уоддла и Ходдла, добравшись аж до второго места национального хит-парада.

Несмотря на это, творение скорее из разряда комичных, нежели претендующих на звание шедевра – а участие Гаскойна символическое.

А вот воплощение идеи футболистов «Ливерпуля» образца 1987 года (Anfield Rap) хоть и забавное, но по-настоящему удачное в творческом отношении.

Кенни Далглиш в роли рэпера будто мим из шоу Полунина, а тон задает полузащитник сборной Англии Джон Барнс – урожденный ямаец.

В Anfield Rap есть даже диссы. «Какой еще ямайский рэп, мы все знаем, что ты с района «Уотфорд Гэп», – смеялся над Барнсом одноклубник Макмахан.

Южноафриканец Джонстон троллил Далглиша: «Кенни, я приехал в Англию за славой, а в итоге на банке сижу. Что ни делаю, идет все в ##### . Жена не дает. Кенни, сделай игру!»

Талант Барнса не остался незамеченным. Зубробизоны синти-попа New Order записывали трек «World in Motion», приуроченный к поездке англичан на чемпионат мира-1990. И, пусть и совершенно случайно – дали Барнсу проявить себя в полной мере.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Федерация пригласила New Order, памятуя о провальной попытке игроков записать альбом перед ЧМ-1986, где Барнс также участвовал:

«Мы тогда промычали что-то несвязное. А ведь там были такие хитяры как «Голландские тюльпаны» и «Вива Испания». При чем тут Испания и Голландия, когда турнир в Мексике, мы до сих пор не поняли. В общем, запись была такой ужасной, что о ее существовании не знает даже интернет».

Поначалу рэп-вставки не планировалось, но, пропустив по паре стаканчиков, музыканты решили, что необходимо ее сделать.

Прослушали шестерых претендентов (в их числе был и Гаскойн), но выбрали, конечно, Барнса. По легенде, Барнсу удалось записаться с первого раза. На что сам бывший футболист парировал:

– Вы думаете, я помню? Я был чертовски пьян.

В клипе поучаствовали и другие футболисты сборной, а перед записью им предложили на выбор либо процент с авторских прав, либо 4 тысячи фунтов на всех.

В успех никто не верил, и деньги решили поделить сразу. А зря: вскоре трек взлетел на вершину, став номером 1 по всей Европе.

«Если бы тогда мы взяли процент от авторских, сейчас я мог бы не работать», – шутит Барнс.

В 2019-м воссоединение New Order с ямайским рэпером из «Ливерпуля» могло состояться на фестивале Glastonbury, где они исполнили World in Motion перед тысячами зрителей. В интернете появилась петиция с предложением пригласить Барнса, но тот был за пределами Англии и не смог приехать.

Случайным слушателям в метро Барнс не отказывает – с улыбкой младенца зачитывает Anfield Rap:

Про рок-группу бывшего друга Ольги Смородской Славена Билича знают все, а вот про успехи его товарища по сборной Игора Штимаца – нет.

В 1998-м году Штимац играл на гитаре и пел в составе группы Bohems. Трек «Mare i Kate» (можно перевести как «Маша и Катя») после релиза мгновенно стал популярным в Хорватии.

Песня на протяжении четырех месяцев держалась на первой строчке чартов – «Локомотиву» с Биличем такое и не снилось.

Билич без Смородской тоже отметился присутствием на пиковой позиции национального хит-парада: со своей прог-метал-группой Rawbau.

Чрезвычайно хорош на ритм-гитаре! 

Аудиовизуальных доказательств музыкальных талантов аргентинца Клаудио Каниджи не осталось, но говорят, что он отлично играл на ударных. И даже участвовал в шоу группы Poison в американском штате Висконсин. Каниджа исполнил партии в песнях Every Rose Has Its Thorn, Nothin’ but a Good Time и Unskinny Bop.

К дерзостям Клаудио не привыкать: на ЧМ-98 любитель метала был отчислен из сборной за то, что отказался привести свою прическу в порядок. Порядком считалось состричь патлы.

А вот способности его соотечественника Карлоса Тевеса официально задокументированы. Возможно, именно по таким тусовкам, как на видео, аргентинец и скучал в Китае (да и в Манчестере тоже).

Группа Тевеса под названием Piola Vago выступала в жанре Cumbia villera («Кумбья-вьера»), традиционном для юга Латинской Америки. Кумбья-вьера в широком понятии – музыка улиц, музыка бедных кварталов и даже музыка гетто.

Типичные темы, встречающиеся в лирике: поэтизация жизни в трущобах, ночные тусовки в дешевых клубах, наркотики и даже проституция. Футбол тоже играет значимую роль: например, исполнители кумбья-вьера любят порассуждать на тему стычек фанатов с полицией.

Сердитый по жизни Тевес мудро оградил от своего творчества английских одноклубников:

«В «Вест Хэме» меня все время просили: ну давай, покажи, что ты там мочишь. Но я никогда не давал им слушать Piola Vago. Там весь смысл в тексте. Какой смысл слушать, если не понимаешь ни слова?»

Забавно, что единственной вещью, с которой ВИА Тевеса сумел пробиться в аргентинские табели о рангах, стал шлягер с весьма недвусмысленным текстом. The Sun углубились в это дело и заключили, что Карлитос поет о принуждении девушки к миру – ну, то есть, к соитию с грубым применением силы.

В Голландии попытки делать музыку исходили по большей части от выходцев из Суринама.

Марио Мельхиот, известный по выступлениям за «Челси», начинал в «Аяксе». Его лучшим другом (my man – так о нем отзывается Марио и сейчас) был еще один игрок с суринамскими корнями – Дин Гур. Как-то раз Гур предложил Марио создать группу, на что тот, особо не думая, бросил: «А давай». Третьим за компанию взяли южноафриканца Бена Маккарти.

С названием ребята не заморачивались. BMD (по первым буквам имен золотого актива «Аякса») уже вписаны золотыми буквами в мировую историю нейминга. Как не заморачивались и с музыкой.

Дебютный (и единственный) трек в стиле соул получил имя The Midas Touch – название будто предсказывало последующее появление в «Аяксе» безумного египтянина Мидо.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Мельхиот ностальгирует в своем блоге:

«У нас была простая, ритмичная музыка. Пара девушек на подтанцовке, все очень мило. Почти сразу позвали на телевидение: дважды показали на канале для детей Telekids, попадали мы и в эфир MTV. Однажды даже выступили live в главном вечернем шоу Нидерландов. Туда приходили Джанет Джэксон и Дайана Росс, например. Неплохое соседство, правда?

Когда мы только записывались, у Дина все шло как по маслу. Я же никак не мог попасть в ритм. Мы делали дубль за дублем, а звукорежиссеры просто говорили: «Отличный дубль, Марио. Давай еще разок!». Я было думал, что ничего не получится, но успокоился, когда увидел сведенную запись».

С мечтой о гастролях BMD отметились выступлением в амстердамском клубе Escape – и это была еще одна нейминговая неудача. Далее действительно последовал escape – выступление вышло единственным.

А виной всему тренер «Аякса» Ян Вотерс. Мельхиот до сих пор немного обижен:

«Нас, конечно, подтравливали и в клубе, и в сборной. Но финальный свисток для нашей карьеры прозвучал от Вотерса. Сейчас это смешно, а тогда мы готовы были убить его. Вотерс издевался, говорил, что кидает наш диск своей собаке вместо фрисби. Мы делали вид, что нас забавляют его шутки, но внутри все полыхало.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Ну а потом он впрямую велел нам завязывать с музыкой. К тому времени The Midas Touch уже вовсю ставили в барах и крутили фоном в торговых центрах по всей Голландии. Мы вошли в топ-100, но «Аякс» переживал не лучший период, мы играли слабо – и, конечно,  сами понимали, что необходимо направить все силы на исправление ситуации.

Музыкальной карьере пришел конец. Зато мы завершили сезон на хорошей ноте – выиграли кубок.

Прошли годы, а я все мечтаю и продолжаю втайне петь. Горлопаню, стоя под душем, и делаю вид, что я самый крутой солист.

Я и правда так думал, пока однажды не наткнулся на своего соседа. Сосед был раздражен:

– Марио, ты, случайно, не знаешь, что за пьяный придурок поет по утрам и мешает нам, нормальным людям, спать? Может, ты тоже его слышал?

Я неловко изобразил удивление:

– Ты что, правда? Ни разу не замечал ничего подобного.

Теперь я немного стесняюсь – и стараюсь менять тактику. Включаю музыку на полную мощь и тихо пою на заднем плане – чтобы ни один сосед не понял, что это я».

Пионером в Голландии был, однако, не Мельхиот с друзьями, а Руд Гуллит. Обладатель ярких дрэдов еще в 1984-м, будучи игроком «Фейеноорда», попробовал себя как исполнитель.

И с композицией «Not the Dancing Kid» вошел в топ-10 по Нидерландам.

Запись с группой Revelation Time пришлась на период выступлений в «Милане» и получилась еще удачнее: третье место в Голландии.

В песне в поддержку жертв апартеида Гуллит не только пел, но и играл на бас-гитаре.

Но не стоит думать, что исключительно южные народы и англичане преуспели, сочетая футбол и музыку.

Мы уже успели стать свидетелями того, как уморительно читает рэп Эрлинг Холанд.

Жаль, что Холанд забросил это дело. Как и пятерка The Players с фронтмэном Мортеном Гамстом Педерсеном из «Блэкберна». В свое время они были весьма успешны в Норвегии. Тезка солиста A-ha со своими товарищами записал сингл «This is for Real».

«Реал» здесь не при чем, хотя возможно именно этот трек переслушивает Мартин Эдегор, когда ему приходят мотивационные письма от Леонида Слуцкого. Возможно, его ставит игрокам «МЮ» Оле-Гуннар Сульшер, приговаривая: «Фанн-тас-тикк».

Песня записывалась как мотивационная – для кампании общества Красного Креста «Футбол против преступности». Но достаточно одного взгляда на постер мальчиковой группы, чтобы понять: под красивой вывеской социально ориентированной кампании скрывался настоящий трэш.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

Один из участников пятерки, экс-футболист «Фредрикстада» Раймонд Квисвик, описал происходившее в своей автобиографии:

«Я был вместе с друзьями на скачках. И тут мне звонят и говорят, что меня ждут на опэн-эйре в Осло. Мол, все ребята уже здесь, ты приедешь? Я в шутку: если пришлете за мной вертолет, то нет вопросов – приеду. Повесил трубку и думать забыл про них. Ну какие выступления, я на отдыхе.

И вдруг они перезванивают и говорят: «Окей, мы все решили, жди вертолет».

Когда вертолет с Квисвиком на борту приближался к парку отдыха «Тюсенфрюд», футболист выглянул в окно и увидел толпу фанатов, ожидающих выступления. Это были дети – 7 тысяч человек. Оставалось надеть узкие белые штаны и майку – и выйти на сцену.

Социальную кампанию приятели использовали как повод нагрузить себя алкоголем, но нетрезвый вид профессиональных футболистов каким-то чудом остался вне поля зрения репортеров. Зато эти самые репортеры смастерили отличный (нет) заголовок для утренней газеты:

«Сердца маленьких девочек растоплены – звездный Квисвик прилетел к своему поп-дебюту прямо из семейного гнездышка».

Квисвик усмехается: «Вообще-то я был на скачках с друзьями. Ну да, почти что семейное гнездышко…». Сейчас тот опыт кажется ему не более, чем забавным:

«Я тогда думал, что это прямо уровень, что мы делаем шоу! Многим нравилась наша песня, многие ставили ее себе на рингтон. Помню, любил подтравить ребят: знаете, в чем разница между мной и Майклом Джексоном? У него были хреновые треки, а у меня – нет».

Как и в случае с Мельхиотом и его командой, песня так и осталась единственной. The Players как Биг Сэм в сборной Англии – ушли на пике.

Кто знает, возможно, для продолжения карьеры, начавшей с «Футбола против преступности», ребятам не хватило мотивационных текстов Тевеса. Правда, среди The Players все же затесался латиноамериканец – игрок «Волеренги» Фредди дос Сантос.

Еще один обладатель красивой латиноамериканской фамилии, нападающий «Баварии» Роке Санта Круc, вписал в свое CV выступление с немецкой группой Sportfreunde Stiller.

Получилось примерно, как в совместных творениях Евгения Гришковца и Brainstorm. Гришковец во время проигрыша читал проникновенный текст, начинающийся словами «А я не умею петь».

Санта Круc, правда, до текста не снизошел. Ограничился одной фразой: Ich Roque («Я – Роке»). И методично долбил ей в стиле дятла Вуди.

Лаконичность не помешала ему выступить вместе с группой на крупном немецком фестивале. Во фразе Ich Roque обыгрывается имя и немецкий глагол «rocken» – «играть рок, делать рок-музыку».

Не уйди бразилец Жилберто Силва из «Арсенала» в 2008-м, возможно, мы увидели бы его на подыгрыше у Аршавина – а у Аршавина у него на подпевках.

Речь не о футболе: Жилберто – настоящий мастер игры на мандолине, Аршавин проявил себя во всей красе, исполняя песенку из известного мультика в «Хороших шутках».

Не сложилось, но посмотрите хотя бы, как Силва старается для друзей – Денилсона (если здесь вам причудился Денисов, пора пролистнуть к комментариям) и Жулио Баптисты.

Большая часть коллективного творчества футболистов далека даже от уровня Orsai; о профессиональных группах и говорить нечего. Но встречаются и настоящие бриллианты. Взять хотя бы Нольберто Солано, перуанца, поигравшего за «Боку Хуниорс», «Ньюкасл» и «Астон Виллу».

Солано, как и герой испанского Суперкубка Вильялибре, с детства играет на трубе. Еще в подростковом возрасте он создал вместе с друзьями группу – и с тех пор оттачивал свое мастерство каждодневными тренировками.

Амбиции не останавливались на игре на трубе: Нобби мечтал о саксофоне, но в его городке дорогостоящий инструмент было не достать. Какой уж там саксофон, если даже о классно звучащей трубе не было речи: семья мальчика еле сводила концы с концами.

«Иногда я возвращаюсь мыслями в детство и думаю: а что, если бы отец на мой пятый день рождения подарил бы мне не бутсы, а трубу? И я скажу вам честно: вы бы никогда не узнали о существовании футболиста Солано. Я стал бы музыкантом», – иронизирует Нольберто в открытом письме для FourFourTwo.

Переехав в Аргентину, Солано первое время мало играл в «Боке» – утешала его музыка. На одну из своих зарплат он приобрел у друга трубу Holton Professional за 500 евро – тот специально привез ее для Нольберто из Майами. Солано берег его как зеницу ока и позднее перевез вместе со всеми вещами и в Англию.

Уже в юности Нобби столкнулся с тем, что не всем по душе его страсть к музыке. В Аргентине соседи по крошечной комнате запрещали ему репетировать, всем своим видом показывая, что им не нравятся громкие звуки. Солано воспринимал это как повод еще тщательнее репетировать: ему казалось, будто он недостаточно хорош в своем звучании.

В Англии Нольберто брал трубу на тренировки. Ему нравилось играть для одноклубников. Но это отнюдь не гарантировало ответной любви к его творчеству. Когда Нольберто ошибался в важных играх, ему любили в шутку указать: «Бросай уже свою трубу и начинай заниматься футболом».

Отдельная статья – тренеры. Осторожно, в этом месте снова может почудиться некий российский футболист:

«Дэвид О’Лири в «Астон Вилле» точно не был фанатом моей игры. Я любил помучать его. Бывало, наберу ему, а у того телефон выключен. Тогда я доставал свою трубу и оставлял красивое, громкое сообщение».

Среди скептиков отыскался даже сын Нольберто. «Когда я приглашаю друзей и начинаю играть что-нибудь, жена забирает Матьяса в другую комнату. Она говорит, это не оттого, что я паскудно играю. Просто ему нравится другой стиль», – в словах трубача читается ирония.

Фирменный стиль Солано – сальса. Он пробовал играть дуэтом с партнером по команде Гарри Спидом. Гарри брал на гитаре что-то из рока, Солано – аккомпанировал в своем любимом жанре. «Именно тогда я понял, что эти два стиля не сочетаются», – смеется Нобби.

Помимо сальсы, которая приносит ему ощущение радости, в репертуаре Солано, есть и британские композиции, например, Careless Whisper Джорджа Майкла.

Перуанец считает, что не так важна стоимость трубы, важнее – умение. Будучи профессиональным футболистом, он уделял своему хобби 2-3 часа день. И этого было мало, ведь для музыканта из оркестра порой необходимо 8 часов ежедневных тренировок. Кроме того, Нольберто занимался с учителем из Бирмингемского симфонического оркестра.

Проживая на две страны, он держал три инструмента: два в Англии и один – дома в Перу. Боялся перевозить – чтобы не повредить.

В «Вилле» Солано играл латина-джаз вместе с еще одним уникумом – Дайаном Даблином. Даблин воплотил мечту Нольберто – его инструментом был саксофон.

Но самое интересное произошло с тезкой ирландской столицы уже после завершения карьеры. Экс-нападающий бирмингемцев не просто посвятил себя музыке. Он изобрел новый инструмент!

Изобретение Даблин назвал Dube: очевидно, это сочетание фамилии автора и слова cube (куб). Дьюб – шестисторонний тамтам с необычным звучанием.

Мультинструменталист с футбольным прошлым (кроме саксофона он также играет на ударных) гордится своим изобретением и с удовольствием демонстрирует его в деле.

Вот он выступает на одной сцене вместе с известным брит-поп-коллективом из Бирмингема Ocean Colour Scene:

Представьте, какой шум стоял бы, сыграй Даблин в паре с Петром Чехом – ведь тот известный любитель постучать в домашней студии.

Алексиса Санчеса и Начо Монреаля тоже можно позвать – у них уже есть опыт сотрудничества с Чехом.

Несмотря на то, что музыкально одаренных в футболе хватает, на большинстве игроков губительно сказывается отсутствие вкуса. Любитель Metallica Давид де Хеа с трудом сдерживается:

«Стоит включить свои любимые треки в раздевалке, все начинают ныть. У них один хип-хоп на уме».

Пруф от Эшли Янга: тяжелая музыка из телефона Де Хеа и вправду раздражает. «Когда Давид включает свой тяжеляк, ребята нервно ищут глазами друг друга. В глазах читается «Пора валить отсюда».

Олоф Мелльберг, брутальный швед с длиннющей бородой и любовью к In Flames и Slayer, понимает одиночество испанского вратаря.

«Не думаю, что я когда-нибудь поставлю любимые альбомы в раздевалке, никому это не понравится», – признавался нынешний тренер «Хельсингборга» и еще один бывший футболист «Виллы». – «Мне нравится метал, я вырос на нем.

Когда In Flames приезжали в Бирмингем, они написали в клуб, что хотят прийти и просто поздороваться со мной. Это было очень приятно. Ну а я, в свою очередь, не мог пропустить их шоу. Думал сберечь силы к ближайшему матчу, но, когда все началось, то стал скакать и трясти башкой как умалишенный. Что поделаешь, я реально фанат».

Известно об отменном вкусе Хуана Маты, который делится своими предпочтениями в Spotify. Судя по задумчивости треков, именно здесь Мата сублимировал свою печаль от работы с Жозе Моуринью в разных клубах.

Лэйтон Бейнс из «Эвертона» – ценитель с утонченным вкусом: эдакий английский Башкиров. Своим кумиром он называет Моррисси – с ним ему даже удалось познакомиться.

В «Атлетике» основали ска-панк-группу (тренер фанатеет). В футбольных чартах и так тесно – вспоминаем других игроков-музыкантов

В 2012-м году на официальном сайте «Эвертона» появился блог Бейнса, в котором он рассказывал о своих открытиях в мире музыки и делился самыми достойными новинками. В частности, Бейнс слушал The xx и Лану дель Рей еще до того, как это стало мейнстримом, и предсказывал взлет их популярности.

Мехмет Шолль из «Баварии» лично выбирал треки для миксов и составлял альбомы, позднее появлявшиеся в сети. Из представителей рэпа выделяется Дэниэл Старридж – волшебно талантливо читает Дрэйка на пару с Джорданом Айбом.

В перспективе группу могли бы создать Алиссон (играет на гитаре и сотрудничает с автором песни «Allez, allez, allez» Джейми Вэбстером) и Дани Алвес (тоже играет на гитаре, но поет весьма специфически).

Одно ясно: им всем будет не хватать текстов Тевеса и выдержки Каниджи. Как там говорит Моуринью? «Хорошие парни не выигрывают».

На этих словах где-то уткнулся в куртку один Деле Алли, а Мата нажал кнопочку «Добавить в очередь» и пополнил коллекцию депресняка в Spotify.

SMM-щики электронного издания Mundial сыграли на чувствах читателей и предложили пофантазировать:

«Только представьте. Вы создаете группу. Нужно набрать четверых. Кто эта великолепная четверка, что будет разъезжать по миру на маленьком микроавтобусе? Берем игроков. Пишите свои варианты, и кто на каком инструменте играет».

Из более сотни предложений особенно милым кажется это:

«Джазбэнд под названием «Бархатный разрез». Пирло на саксофоне. Мальдини – ударник. Иньеста на басу. Хаби Алонсо – и его треугольник. Венгер просто разговаривает на заднем плане».

И если этот чудный джем-сейшен возможен исключительно в фантазиях, то переполненные трибуны на выступления Orsai уже не кажутся сказкой.

Да, пока зрителей не пускают на футбол, это неосуществимо. Но Баленсиага, Дани Гарсия, Де Маркос, Лекуэ и Весга верят: на их дебютное выступление на «Сан-Мамес» придут 55 тысяч фанатов «Атлетика».

Зря они что ли этого молчуна с трубой брали.

Источник: sports.ru
Получи бонус на первый депозит! Сделай ставку!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

5 + четыре =