Назвал одного тренера неудачником, а другого ничтожеством. Напомнил Моуринью, что уже забивал в Лиге чемпионов, когда тот еще был переводчиком. Вызвал ненависть целой страны. Бесил фанатов и одноклубников.

Златко Захович мог бы стать самым ненавидимым игроком поколения, если б его карьера вырулила в топ-клубы – но его несомненный талант так явно контрастировал с характером, что гранды держались подальше. Противоречия определяли его. Он классно пасовал, но предпочитал дриблинг. Пробивал перчатки мощными пушками, но уходил в глубину. Говорил, что главная звезда – команда, а не отдельный игрок, но в памяти многих одноклубников остался высокомерным говнюком.

Захович – любимый словенец нашего детства. Он бесил фанатов, воевал с тренерами, но в нужный момент тащил – и стал легендой в Португалии и Словении

Само его появление в большом футболе контрастировало с путем, проделанным до этого. В детстве он больше интересовался шахматами и прыжками на лыжах с трамплина. Как и положено исключительно парадоксальной личности, Златко одинаково кайфовал от размеренного стратегического напряжения шахмат и адреналинового всплеска экстремального зимнего спорта. Занятия в «Мариборе» служили хобби, заполнявшими время между главными интересами.

Так сформировались грани главного таланта словенского футбола. Когда 18-летний Захович случайно попал в «Партизан» (главный бомбардир команды служил в 89-м в армии в Словении, увидел Златко и сразу позвонил в клуб) и в первом сезоне должен был уйти в аренду, тренер Ивица Осим запретил переговоры. Его зацепили две вещи. Во-первых, у новичка были исключительно мощные ноги – он запускал мячи с такой силой, словно пытался сдуть кипера. Во-вторых, он просчитывал игру на несколько шагов вперед.

Через пару лет во взрослом футболе Захович уже считался звездой. В 21 он дебютировал в только что созданной сборной Словении и вскоре уже ссорился с тренером сборной Зденко Вердеником. Чем выше Златко поднимался, тем больше себе позволял. Он уходил с тренировок, диктовал тактику и ставил ультиматумы боссам. Но игра компенсировала взрывной характер. Словенец играл вингера, если тренер его ненавидел, но чаще исполнял десятку или второго форварда – терялся между линиями и связывал игру, а если команда не вывозила, атаковал слепые зоны и забивал сам.

В 22 Захович попал в «Виторию Гимараэш», вместо свободы наткнулся на требования и поссорился с первым же тренером. Бернардину Педтоту ждал от игрока гибкости и дисциплины, а получил принципиальные нарушения режима и установок. Президент запретил Златко посещать базу и стадион. Захович все-таки зацепился за клуб, стал одним из лучших игроков лиги и в 96-м перешел в «Порту» – а там провел три лучших года.

«У каждого из нас был особый дар, – вспоминал Захович в интервью Mais Futebol, – а таланты просто понимают друг друга. С умными игроками вроде Друловича играется очень легко. Что касается Жардела, то я бы не назвал его хорошим игроком. Тем, кто не видел его игры, сложно будет представить. Не знаю, был это инстинкт или дар, но я знал, что он забьет. Так просто. Нужно было просто отдать в штрафную, а он забивал».

Захович стал одним из лучших бомбардиров Лиги чемпионов-1998/99 (с 7 голами в 6 матчах). Подтолкнул карьеру юного Деку: «Я сразу разглядел талант, постоянно давал советы и позволил исполнять штрафные и угловые». Стал кумиром «Драгау». В 28 лет словенец вышел на пик, но летом 99-го проигнорировал предложения из Испании и перешел в «Олимпиакос»: местный магнат предложил ему столько, что не смогли повторить даже в топ-лигах.

Захович – любимый словенец нашего детства. Он бесил фанатов, воевал с тренерами, но в нужный момент тащил – и стал легендой в Португалии и Словении

Тренер «Олимпиакоса» Душан Баевич лично выпросил Заховича у клубного босса. На первое предложение словенец ответил так: «Играть в Греции – то же самое, что похоронить себя заживо». Но Златко всегда любил убедительную логику, а 13,5 миллионов евро за трансфер плюс рекордная зарплата оказались максимально убедительными. 28-летний Захович взял большие деньги и похоронил карьеру.

Златко по-прежнему наглел тем сильнее, чем выше поднимался – и потому его греческий опыт был обречен. В Португалии он был просто звездой; в Греции – полубогом, которого после приземления встретили тысячи фанатов. Очень скоро Баевич пожалел, что выпросил трансфер. Тренер жаловался на неповиновение. Одноклубники – на высокомерие и недружелюбие. Захович с опозданием вернулся из отпуска, получил выговор и в следующем матче был заменен – закончилось брошенной в тренера футболкой, оскорблениями и отставкой: владельцы посчитали траты и убрали Баевича. Но и это не помогло.

В клуб пришел Альберто Бигон. Как и положено классическому итальянцу, он играл от обороны и не слишком прислушивался к ворчанию главной звезды. Захович сорвался в Словению и оттуда объявил забастовку. Причина звучала как розыгрыш: Златко протестовал против низкого уровня греческой лиги. Через пару месяцев он вернулся, забил 6 голов в 7 матчах, но в игре с «Панатинаикосом» снова не доиграл до конца и взорвался в подтрибунке. На следующий день заплатил штраф и убрался из клуба – за два месяца до конца сезона.

(Полгода спустя Захович снова пересекся с «Олимпиакосом» – в Лиге чемпионов. Но в Афины так и не прилетел. Фанаты угрожали закопать его; греческая полиция выделила 50 человек для охраны словенца, но тренер «Валенсии» запретил ему рисковать – и не внес в заявку).

Захович – любимый словенец нашего детства. Он бесил фанатов, воевал с тренерами, но в нужный момент тащил – и стал легендой в Португалии и Словении

Шел март 2000-го. До чемпионата Европы, первого и исторически важного для Словении, к существованию которой континент пока не успел привыкнуть, оставалось совсем немного. Все это время Захович чередовал индивидуальные тренировки с диванным режимом в родном Мариборе. Любой другой игрок в таком положении остался бы дома, но Словения презентовала страну на топ-уровне – и не могла сделать это без главной звезды. К тому же без нее никакого Евро не было бы: Захович забил 10 из 15 голов сборной в отборочном раунде.

«Те, кто ждет чуда, рискуют разочароваться, – предупреждал форвард перед стартом турнира. – Но вся страна может рассчитывать, что мы выложимся до атома в каждом матче и на каждой минуте».

Заховичу хватило двух матчей, чтобы устроить панику в букмекерских конторах. На его победу в гонке бомбардиров ставили 100 к 1, но дерзкая десятка опрокинула расклады и завалила 3 гола испанцам и югославам. Перед последним туром словенцы претендовали на выход в плей-офф, и пусть по итогу не получилось, но Захович нанес себя на карту главных сокровищ летнего рынка. Guardian назвал его открытием Евро-2000.

Паршивый характер больше не отпугивал большие клубы. Тренер сборной Сречко Катанец объявил, что дело вообще не в Заховиче: «С ним несложно поладить. Он просто устанавливает высокую планку».

Тем самым большим клубом стала «Валенсия». В атаке играл Джон Карью, в полузащите творил Пабло Аймар и пахал Гаиска Мендьета, от ворот отпугивал Роберто Айяла. Эктор Купер смешал мощь, креатив и пробег и с этой удивительно сбалансированной командой дошел до финала Лиги чемпионов – а там проиграл «Реалу». И теперь снова шел за трофеем.

Заховичу нравились амбиции и уровень нового клуба, но он не просек главного – тренеру он нужен был для ротации. К весне стало ясно, что вспыльчивый новичок не задержится в новом клубе – запас его не устраивал. «Эктор Купер не был фанатом талантов, поэтому у меня и Аймара были проблемы, мы не могли полностью проявить себя в той команде», – вспоминал Златко в интервью Евгению Маркову. Словенец поссорился Мендьетой, за весь сезон 12 раз попал в старт и, наверное, сбежал бы раньше, если бы «Валенсия» опять не пролетела Лигу чемпионов насквозь. Ушастый кубок все-таки мотивировал задержаться – и на этот раз команда дотерпела до послематчевых пенальти, в которых все-таки проиграла «Баварии». Первым промахнулся Захович.

Захович – любимый словенец нашего детства. Он бесил фанатов, воевал с тренерами, но в нужный момент тащил – и стал легендой в Португалии и Словении

«Я был в шикарной форме и должен был выходить в старте, но Купер подошел ко мне: «Знаю, что ты должен начинать, но у тебя немного другое понимание игры, ты выйдешь во втором тайме», – рассказывал Захович Sports.ru. – «Мистер, – ответил я. – Делайте что хотите, я хочу победить. Выпустите хотя бы на 15 минут». Мы забили на третьей минуте, а потом «Бавария» ожила. Во время важных матчей Купер очень нервничал и терял себя на скамейке. Видимо, в порыве всего этого на 15-й минуте сказал мне: «Выходи». «Мистер, – возразил я. – Мы выигрываем, все нормально». В итоге вышел только на 66-й.

Перед серией пенальти у меня было плохое предчувствие. Что я чувствовал, когда не забил? В жизни бывают лучшие и худшие моменты. Лучшие – рождение детей и первая свадьба. Худшие – когда не забил пенальти в финале Лиги чемпионов. После промаха меня не ругали. «Все нормально, – говорили парни. – Мы победим». Уверен, даже Мендьета так думал».

«Валенсия» – очень оборонительная команда. Это не мой стиль. Уверен, Купер не выиграет ни одного трофея в карьере», – напророчествовал Златко Record и ушел в уютную и знакомую Португалию – а там еще несколько лет отыграл в свое удовольствие в «Бенфике». «Захович добился невозможного – играл так, что его любили фанаты и «Бенфики», и «Порту», – удивлялся Моуринью.

Через год карма догнала и Катанеца – последнего тренера, верившего в способность угомонить Златко. В первом матче ЧМ-2002 словенцы проиграли Испании, а Заховича заменили – он мгновенно загорелся, пнул бутылку с водой и пять дней подряд учил тренера тактике. По слухам, его главные аргументы звучали так: а) мать Катанеца – хорватка; б) сам Катанец – ничтожество; в) Златко может купить его, его семью и всю Шмарну Гору – район, где жил тренер.

Аргументация показалась тренеру неубедительной, и перед вторым туром Захович вылетел из сборной. «Он отравляет атмосферу в команде, – прокомментировал президент Словенской футбольной ассоциации Руди Заврл в интервью Guardian. – Златко больше трех лет ссорится с Катанецом. Чудо, что мы терпели его так долго». Без него сборная проиграла ЮАР и Парагваю и вылетела с последнего места.

***

Захович – любимый словенец нашего детства. Он бесил фанатов, воевал с тренерами, но в нужный момент тащил – и стал легендой в Португалии и Словении

В 2004-м «Бенфику» возглавил оборонительный Трапаттони, и через четыре месяца 34-летний Захович ушел из футбола – прямо посреди сезона. У него было все, чтобы построить по-настоящему большую карьеру, но максима «либо по-моему, либо никак» ограничила его очень узким списком клубов, готовых на подобные жертвы. Два года назад он признался Sports.ru, что ни о чем не жалеет: «Я мог бы играть в «Реале», но они вышли на меня, когда я уже согласился на «Валенсию». Дать слово – самое важное для меня, так что я не могу уйти в «Реал» и обмануть «Валенсию». А так я представлял страну с населением два миллиона человек на чемпионатах мира и Европы, играл в финале Лиги чемпионов, в дерби Белграда, Афин и Лиссабона. Я счастлив такой карьере. Единственная несбывшийся мечта – я так и не сыграл за «Марибор».

Понимание игры и взрывной характер определили его путь – и определяют до сих пор. Вернувшись в Словению, Златко с ходу устроил восстание против местной федерации – а когда проиграл, устроился директором в «Марибор» и откопал в Словении больше талантов, чем любой скаут до него. Даже Иличич появился в футболе благодаря Заховичу: он купил его во второй лиге за 80 тысяч евро и через полтора месяца продал за 2,3 миллиона.

***

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

16 − 6 =