Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

«Златана любили в Мальме, но ненавидели в Гетеборге и Стокгольме, – рассказывал в интервью Bleacher Report журналист шведской газеты Expressen Даниэль Кристофферсон. – В Мальме говорили, что Ибрагимович – будущий великий игрок. А в остальной Швеции его освистывали. Там говорили, что Златан – просто маленький дерзкий ребенок, у которого ничего не получится».

Кажется, на самом деле так думали и в Мальме. Просто действовали мягче. В клубе 18-летнего Ибрагимовича не критиковали и не унижали, а упорно пытались научить жить как остальные. Учили скромности вместо эпатажа, а еще – отдавать пас вместо лишнего дриблинга.

Получалось так себе.

Осенью 2000 года генеральный директор «Мальме» Бенгт Мадсен вызвал в кабинет 18-летнего Златана (он уже дебютировал за основу «Мальме» и забивал за нее во второй шведской лиге) и 23-летнего Икселя Османовски (в тот момент он играл в Италии за «Бари», уйдя из «Мальме» двумя годами ранее).

«Иксель, нам нужен твой совет. Златан подает большие надежды, прямо как ты в его возрасте, но не ходит на уроки в школе, – говорил Мадсен Османовски в документальном фильме «Златан. Начало». – Он уже пропустил 350 часов учебы. Старших не слушает. Может, хоть тебя послушает? Поговори с ним, пожалуйста».

«Учи языки. Это важно, – объяснял молодому игроку Османовски. – Ты же хочешь выйти на международный уровень?»

Златан быстро понял, что это показное нравоучение, и, не скрывая улыбку, подыграл:

«Да, конечно, учиться очень важно. Я с головой погрузился в тренировки, но после Рождества все наверстаю!»

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Мадсен не унимался. Генеральный директор дальше вспоминал шалости Ибры:

«Когда мы играли с «Брондбю», ты не поладил с одним из соперников, Златан»

«Они все на меня набросились! – объяснял футболист. – Я сделал грубый подкат, должен был получить красную, но обошлось. Тогда соперники разозлились и начали гоняться за мной. Но меня заменили. Пронесло».

«Мне потом звонили из «Брондбю»! Такого кошмара там не видели никогда».

Через год, в 2001-м, «Аякс» заплатит за прогульщика и нарушителя рекордную сумму в истории скандинавского футбола (7,8 млн евро) и запустит его карьеру в Лиге чемпионов.

А Иксель Османовски из Русенгорда, учивший хулигана жизни, закончит со сборной Швеции, просидит три года в запасе «Торино» и «Бордо», а в «Мальме» вернется доигрывать.

«Я был хилым ребенком. А еще у меня был большой нос, и я шепелявил, поэтому ходил к логопеду, – писал Ибрагимович в книге «Я – Златан». –  Женщина приходила в мою школу и учила меня говорить букву С, а я считал это унизительным. Я ведь хотел как-то самоутверждаться…»

В Русенгорде так было принято. Тогда его называли самым преступным районом Швеции и самой неприятной окраиной Мальме. До 90% жителей 25-тысячного пригорода – мигранты в первом или втором поколении. Златан и сам вспоминал, что в детстве его окружали парни из Сомали, Турции, Югославии и Польши. И все вели себя дерзко.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

В семье тоже было не слишком мило. Мама-хорватка Юрка работала уборщицей по 14 часов в сутки, а папа-босниец Шефик, крайне суровый человек, был строителем. Они поженились, чтобы отец мог получить вид на жительство. А развелись, когда Златану было меньше двух.

Когда Златану было девять, его со старшей сестрой забрал отец – мамино жилье признали непригодным. Отец много пил. Садился на диван после работы, прямо в рабочих штанах с отвертками в карманах, включал югославскую музыку в наушники и сидел в одиночестве.

«Я все время был на улице: в футбол играл, гонял на ворованных великах, – писал Ибрагимович. – Частенько я приходил домой голодный как волк, открывал холодильник и думал: «Пожалуйста, пожалуйста, путь будет хоть что-то». Но нет, все тщетно, было разве что молоко, масло, хлеб и, если повезет, немного сока. Мультивитамин, четырехлитровый пакет, самый дешевый сок, купленный в арабском магазине. Ну и пиво, конечно, Приппс Бла или Карлсберг, 6 упаковок. А иногда было только пиво, и мой желудок начинал требовать еды. Никогда не забуду эту боль».

Ибрагимович с детства насмотрелся на ужасы. До сих пор холодильник в его доме должен быть забит едой. Златан не курит и почти не пьет – сцен с алкоголем и наркотиками (их употребляла сводная сестра) хватило в детстве.

Зато у отца хорошо получалось мотивировать Златана – правда, без тепла и совсем не по-шведски. Шефик всегда находил к чему придраться и не позволял сыну расслабиться.

«Ты никто, пока не добьешься успеха в Европе. Так он сказал мне», – передавал Златан слова отца в фильме Vägen tillbaka – Blådårar 2.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Вообще, в семье Ибрагимовичей никто не равнялся на шведов. Папа смотрел старый бокс (бои Тайсона, Али, Формана), фильмы с Джеки Чаном и Брюсом Ли. А Златан пропадал на улице. Хотя от боев тоже кайфовал.

«Шведское телевидение было отстойным, его для нас не существовало. Мы жили в совершенно другом мире, – писал Ибрагимович в книге «Я – Златан». – Мне было 20, когда я впервые посмотрел шведский фильм, и тогда я понятия не имел о шведских героях или спортсменах, как Ингемар Стенмарк (горнолыжник, два золота Олимпиады-1980 – Sports.ru) или ком-то подобном. Но Али я-то уж знал! Вот это легенда! Он всегда гнул свою линию, невзирая на общественное мнение. Он никогда не просил прощения, это я тоже навсегда усвоил. Ох, как же крут этот чувак!»

Судя по воспоминаниям Златана, в Русенгорде было непросто выжить без жизни репутации крутого парня. А крутыми парнями считались не победители, а самые яркие. Чтобы произвести впечатление на друзей и пацанов с улицы, Ибрагимович учился финтить. На его коробке дриблинг был даже важнее голов.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Старт футбольного пути Златан всегда описывает максимально просто:

«Я все время играл в футбол, – рассказывал Ибрагимович в фильме «Златан. Начало». – Папа сказал, что мне надо попасть в команду. Тогда я пошел к друзьям в «Балкан» (клуб югославских мигрантов в Мальме – Sports.ru). Потом папа сказал, что надо попробовать отобраться в «Мальме». Меня приняли после первой тренировки, а в 17 меня взяли в основу. В первом сезоне меня выпустили на пару минут. Помню только, что я был в красных перчатках (у «Мальме» голубая форма и белые шорты), а мы проиграли и вылетели из чемпионата Швеции».

В сезоне-1999 Златан провел всего шесть матчей. В четырех «Мальме» проиграл, а потом упал во вторую лигу – впервые за 66 лет.

Обычно «Мальме» занимал крепкое место в топ-4, но в 1998-м провалился и стал девятым. Вся страна думала, что это просто временные трудности, а главный тренер сборной Томми Содеберг в начале 1999-го пожелал клубу удачи и спрогнозировал, что «Мальме» выиграет чемпионат. Получилось наоборот.

Через год бело-голубые вылетели, перестроили систему управления и сделали Ибрагимовича звездой второй шведской лиги.

«Однажды мне позвонил спортивный директор «Мальме» Хассе Борг и сказал, что мне срочно нужно прийти на тренировку, – рассказывал Bleacher Report друг Ибрагимовича и журналист Руне Смит. – Хассе сказал, что никогда не видел ничего подобного.

Златан был фантастическим. Он доминировал на тренировках. Даже старшие ребята были в ярости, потому что не могли отобрать у него мяч. Помню, я тогда называл его Халком: 1,92 метра в высоту, но еще и быстрые ноги и феноменальная техника. С 45-м размером ноги! Это казалось невозможным».

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Ибрагимович тоже с теплотой вспоминает Руне.

«Он стал мне хорошим товарищем, – писал Ибрагимович. – После тренировки мы немножко поговорили. Я рассказывал о чемпионате Швеции, мечтах сыграть в Италии и Роналдо как любимом футболисте. Он записывал все это и смеялся, а потом написал что-то типа: «Запомните имя Златан. Потому что скоро увидите его на первых полосах. Он игрок с другой планеты и неограненный алмаз». Это было стартом истерии вокруг меня. Теперь после тренировок ко мне подходила куча детей, иногда даже девочки-подростки и взрослые».

В 2000-м во второй шведской лиге Ибрагимович провел сильный сезон: забил 12 голов в 23 матчах и стал лучшим бомбардиром «Мальме». Но привлекал внимание и восхищал швед не голами, а яркой игрой и образом жизни молодой звезды.

В 18 лет Златан иногда опаздывал на тренировки основы, а друзья в команде подкалывали парня, что он не смотрит футбол и не видел вчерашний дриблинг Дель Пьеро. Ибрагимович не делился мячом и финтил для красоты. Как в детстве на коробке.

«У «Мальме» был сильный состав, а потом еще появился этот… Златан, – вспоминал 2000-й защитник «Юргордена» Патрик Эриксон-Ольссон. – Кажется, ему унижение соперников приносило больше удовольствия, чем голы. Он самоутверждался, возя соперников по газону. Я опекал Златана и понимал: с мячом он творит чудеса, но себя контролировать не умеет, чуть что – обязательно ударит. Так что я остановился у него за спиной и затеял перепалку. Если вывести Ибрагимовича из себя, он начнет ошибаться. Пока судья не видел, он врезал мне локтем. И я решил преподать ему урок.

Через пару минут он упал возле штрафной. Я решил, что это симуляция. Подбежал к нему и напомнил про тот удар локтем. Златан ушел злющий. План сработал: мы выиграли, а ему досталось еще и от болельщиков «Юргордена».

Для всей Швеции Златан был мощным раздражителем. В шведских медиа об Ибрагимовиче писали не в ракурсе таланта, а как о самовлюбленном парне из бедного района и скандалисте. 

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

«Златана сильно критиковали за то, что он недостаточно шведский, – размышлял о феномене профессор Университета Мальме Торбьорн Андерсссон, написавший докторскую диссертацию по культурной истории шведского футбола. – Все видели только оболочку и этническую принадлежность. Потому что вообще-то он очень похож на настоящего парня из Мальме.

В Гетеборге люди вежливые и милые, в Стокгольме чуть более высокомерные, а в Мальме – суровые. Здесь больше рабочего класса, а люди вызывают другие чувства: ты восхищаешься их прямотой и честностью, а не вежливостью. И эти черты Златана – как у типичного жителя Мальме».

«Мама не знала, что я веду переговоры с «Аяксом», – рассказывал Ибрагимович. – Она вообще плохо знала шведский. Один раз она включила телевизор, а везде говорили обо мне. Она подумала, что я попал в переплет. Звонила мне в панике, спрашивала, что случилось. А потом, когда узнала, расплакалась».

Златана продали в «Аякс» еще до начала следующего сезона-2001. Но из-за системы «весна-осень», действующей в шведском футболе, Ибрагимовичу пришлось отыграть в «Мальме» с марта до конца июня, пока не открылось трансферное окно.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Златана продали за 7,8 миллиона евро, и в 2001 году это не было выдающейся суммой для мирового футбола. Даже «Аякс» тратил больше: нападающих Николаоса Махласа и Георгия Кинкладзе брали за 8,5 и 8 млн.

Но для шведского футбола это до сих пор внушительные цифры. C 2001 года только одного игрока продали дороже:Александр Исак перешел из АИК в дортмундскую «Боруссию» за 8,6 млн евро.

Так что новый сезон «Мальме» начался бешеным ажиотажем вокруг Златана. В первом же матче сезона – против АИК – стадион с начала матча скандировал его имя. И Златан забил два гола.

Впереди был «Юргорден». Тот самый, с которым в прошлом году у Ибрагимовича возникли неприятности. Перед матчем три центральных защитника соперников дали совместное интервью с заголовком: «Мы тебя не пропустим, Златан».

Нападающего всегда держали хотя бы двое. Но Златан не сдавался – распихивал защитников, обводил и на 75-й все-таки затолкнул мяч в ворота. В фирменном стиле на финтах обошел всех защитников и пропихнул мяч в нижний угол.

А потом самодовольно показал жест, напоминающий движения языка. Так он напомнил защитникам о дерзком интервью. В ответ в Златана с трибун полетели какие-то банки и монеты. Нападающего пришлось убрать с поля.

Но Ибрагимович ушел победителем, да и «Мальме» тоже выиграл – 4:0.

 Ибрагимович закончил в чемпионате Швеции в матче против «Хельсингборга». Через 10 дней он официально становился игроком «Аякса», поэтому болельщики прощались еще по ходу матча. Приходили с баннерами «Король Златан» или «Удачи в «Аяксе».

Но красивого финала не получилось. На 80-й минуте Ибрагимович получил травму. Его увозили на медицинской тележке, он держался за голову, а диктор объявил вынужденную замену и пожелал Ибрагимовичу успехов в Нидерландах.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

В заявку на следующий матч Ибрагимовича не включили. Он был в шоке.

«Я думал, что они планируют как-то особенно со мной попрощаться, ну или хотя бы сказать: «Спасибо за 85 миллионов крон». Особенно учитывая, что неделю назад чествовали Никласа Киндваля, закончившего карьеру, перед 33 тысячами зрителей в игре против «Хельсингборга».

Я чувствовал, что они меня боялись. Потому что я мог испортить трансфер в «Аякс», сделав что-то сумасшедшее. Мы играли с «Хальмстадом», и я хотел красиво попрощаться с болельщиками. Я ведь сделал себе имя здесь. Помню, как бросил взгляд на список на стене и не поверил глазам»

Вскоре Златана вызвали генеральный директор «Мальме» Бенгт Мадсен и спортивный директор Хассе Борг. Они поблагодарили шведа за хорошую игру и подарили хрустальный шарик на память. Организовывать встречу с фанатами не стали, потому что прощаться до матча – плохая примета.

Ибрагимович был в ярости. Он так и не взял стеклянный шар и просто уехал в «Аякс», чтобы стать там звездой.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

«Когда мне было восемнадцать, все говорили про меня чушь, – вспоминал Златан в интервью The Guardian в 2014-м. – Они думали, что у меня ничего не получится – потому что я слишком много говорю, а мои мечты безумны. Но я видел, где хотел оказаться. И все мои мечты сбылись. А где те, кто критиковал меня 15 лет назад? Жрут свои слова. И это моя победа».

Но Златан вспоминает о Мальме не как о городе, из которого сумел вырваться, а как о месте, которое его сформировало. 

«Мальме для меня – все, – говорил он ютуб-каналу «Мальме» перед матчем с «ПСЖ», за который играл. – Я даже разговариваю как пацан из Мальме. Здесь я ходил в школу, заводил друзей. В Мальме я научился своим дурацким приколам. Здесь я всегда чувствовал себя легко – все настоящее и взрослое было потом. Тут началась моя история. И это все еще моя команда. Неважно, представляю я «Ювентус», «ПСЖ» или другой клуб. «Мальме» – все еще мой».

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

И эта любовь долго была взаимной.

Например, в 2007-м Nike совместно c правительством города открыл во дворе Златана футбольную площадку в его честь. С золотым автографом и цитатами.

В 2010-м сборная Швеции впервые за много лет играла в Мальме. Перед матчем шведская федерация футбола провела открытую тренировку – чтобы 300-4000 болельщиков посмотрели на родного Златана. Но менеджеры недооценили спрос. Пришли 6000 человек – и это на обычную тренировку перед игрой с… Сан-Марино.

В октябре 2019-го установили бронзовый памятник Златану: 2,7 метра в высоту, 500 кг бронзы напротив стадиона «Мальме». Ибрагимович прилетел на открытие из США, где тогда играл за «Лос-Анджелес Гэлакси», и был счастлив. Говорил, что этот памятник – как статуя Свободы в Нью-Йорке.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Всего через пару месяцев любовь испарилась.

В ноябре Златан выкупил 25% акций стокгольмского «Хаммарбю» и сказал, что сделает его известным во всем мире. И добавил, что фанаты «Мальме» все равно будут любить его и поймут. Но они очень обиделись.

Сначала было хулиганство: на голову бронзового Ибрагимовича надели мусорный пакет, на руку нацепили сидушку для унитаза, обмазали краской и написали, что статую лучше убрать. А на доме Златана в Мальме писали: «Иуда»

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

22 декабря бронзовому Златану отпилили нос.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

5 января – спилили всю статую. На постаменте остались только бронзовые стопы.

Златан и «Мальме»: нешведская дерзость, бешеный дриблинг и трансферный рекорд, а теперь – спиленная статуя и обида

Теперь Ибрагимович обиделся на «Мальме»: 

«Они хотят внимания, чтобы о них больше писали – это на уровне детского сада. Мы выше этого, – говорил Златан. – Я всегда говорил, что не буду больше играть в чемпионате Швеции. Но пока не знаю, как сложится. Если я когда-нибудь кому-то помогу в Швеции, это будет «Хаммарбю».

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

тринадцать + пять =